» » »

Алексей Гавриченко. Унеча и Унечский район – 1941-1943гг.

Скорбная дата 22 июня 1941 года стоит особняком в жизни каждого русского человека. В этот день, в 4 часа утра полчища немецко-фашистских захватчиков пересекли западную границу Советского Союза. На 4 долгих года страна погрузилась в кровавый хаос войны.

Продвижение немецкой армады вглубь советской территории было стремительным. Так, всего лишь за первые несколько дней с начала вторжения, вермахт занял большую часть Белоруссии. К 10 июля 1941 года основные силы группы армий «Центр» вышли к Днепру, сравнительно легко форсировали его и впоследствии, имея существенный перевес в живой силе и технике, сумели добиться значительных успехов на смоленском и могилевском направлениях. К 20 июля 1941 года немцы захватили Оршу, Кричев, Смоленск и окружили Могилев. Заняв Смоленск, немецкое командование распорядилось перегруппировывать силы, чтобы приготовиться к броску на Рославль – стратегически важный  узел между Смоленском и Брянском.

Южнее Смоленска в это время располагались войска левого крыла советской обороны, действовавшие в районе Бобруйска, реки Сож и Мозыря, откуда по логике вещей и следовало ожидать основной удар в направлении Унечи, что подтверждалось и разведданными. Однако, как показали дальнейшие события, немецкие подразделения, оккупировавшие наш город, подошли совсем с другой стороны. Но обо всем по порядку.

23 июля 1941 года Гитлер обозначил три главных направления, в которых должны были разойтись силы вермахта после окончания Cмоленской операции: Москва, Ленинград и Украина. По завершению боев вокруг Смоленска, пехотным силам группы «Центр» предписывалось идти на Москву, а 2-й и 3-й танковым группам - на юг и на север, для оказания помощи соответствующим группам армий.

1 августа 1941 года 24-й танковый и 7-й армейский корпусы Гудериана начали наступление на Рославль. В ходе этой операции, в первых числах августа, на правом, северном фланге 13-й советской армии завязались тяжелые бои в районе Кричев-Рославль, завершившиеся поражением советских войск. К 8 августа 1941 года Рославль был оккупирован, немцам удалось захватить большое количество пленных, танков и орудий.

В дальнейшем Гудериан ожидал, что получит приказ командования о наступлении на Москву или Ленинград, но у Гитлера были другие планы. Как известно, вскоре Гудериану было предписано двигаться от Рославля на юг – сначала в район Унечи, а потом – в Северскую Украину.

14 августа 1941 года для прикрытия брянского направления от возможного прорыва немецкой рославльской группировки, на стыке Центрального и Резервного фронтов директивой Ставки был создан новый Брянский фронт с подчинением его Верховному Главнокомандованию. Брянский фронт был призван выполнять ответственную задачу по прикрытию московского региона с юго-запада. Командующим фронтом был назначен знаменитый военачальник генерал Андрей Иванович Еременко (1892-1970). Первоначально в состав Брянского фронта вошли 13-я и 50-я общевойсковые армии.

Первая, как известно, держала оборону на гомельском направлении, вторая защищала Брянск со стороны Рославля, при этом разграничительная линия между этими армиями проходила в районе станции Рассуха Унечского района.

50-я армия развертывалась из двух корпусов в составе восьми стрелковых и одной кавалерийской дивизий. Штаб армии первоначально разместился в районе Выгонич.

13-я армия состояла из восьми стрелковых, двух кавалерийских и одной танковой дивизий. По поводу 13-й армии следует сказать, что ее штаб первоначально располагался в районе Костюкович, но очень скоро переместился в Унечу, в направлении которой с тяжелыми боями отступали армейские подразделения.

Объективности ради, следует отметить, что многие соединения двух вышеназванных армий в августе 1941 года числились только на бумаге. В реальности же людей и техники было катастрофически мало, что практически не оставляло шансов на успех в борьбе против мощной немецкой группировки.

Основное внимание командование фронта уделяло 50-й армии, т.к. прежде всего ожидалось, что немцы со стороны Рославля двинутся штурмовать Брянск. Но эти расчеты не оправдались: рославльская группировка вермахта, имея приказ следовать в Украину, повернула от Рославля на юго-запад – в сторону Костюкович, Суража, Мглина и Унечи.

8 августа 1941 года 24-й корпус 2-й немецкой танковой группы Гудериана под командованием генерала танковых войск барона Гейера фон Швеппенбурга перешел в наступление из района Рославля и прорвал линию обороны 13-й армии. В дальнейшем наступление немецких войск развивалось стремительно. К 14 августа 1941 года немцы взяли Костюковичи. 16 августа был занят Мглин, 17-го – Унеча, 18-го – Стародуб. Отметим, что быстрому продвижению немецких частей способствовали установившаяся сухая погода и как следствие, хорошее состояние дорог.

В эти августовские дни 1941 года Унечу обороняла входившая в состав 13-й армии 148-я стрелковая дивизия. 15 и 16 августа 1941 года немцы проводили массированные бомбардировки станции. Отражать авианалеты были призваны передислоцированные в Унечу из Полоцка четыре зенитные батареи. Однако, их возможностей было явно недостаточно.

С началом бомбежек многие жители города покинули свои дома, поселившись на время в окрестных деревнях и селах, некоторые семьи укрылись в лесах

К 17 августа 1941 года немецкие войска были уже на ближайших подступах к Унече. В результате боев, в которых немцы по всем параметрам имели солидное превосходство, советское командование было вынуждено отступить и сдать немцам город. Непосредственно Унечу атаковали 3-я танковая дивизия (генерал-лейтенант Модель) и 10-я моторизованная дивизия (генерал-майор фон Лепер), входившие в состав 24-го танкового корпуса 2-й танковой группы Гудериана.

В последующие за взятием Унечи дни, попытки контратаковать немцев предпринимали остатки находящегося в районе Унечи 45-го стрелкового корпуса, части которого находились в немецком окружении в районе нынешнего поста ДПС на трассе «Брянск-Гомель». Но пробить вражескую оборону обескровленным стрелкам было не под силу. По плану корпус должен был нанести удар по коммуникациям врага между Мглином и Унечей, а затем, выйдя из окружения, занять позиции по линии Ветлевка-Павловка. Из донесения командующего 13-й армией К.Д. Голубева известно, что части корпуса к полудню 20 августа 1941 года прорвались в район деревни Шапочка, однако, о дальнейшем движении корпуса точных сведений не имеется. Вероятнее всего, корпус отошел в район Почепа, для занятия обороны на реке Судости.

После оккупации Унечи, на западе от города, по линии Сураж-Новозыбков-Стародуб, еще продолжали действовать советские подразделения, отходившие из района Гомеля на восток. Однако, какого-либо существенного влияния на ситуацию они уже оказать не могли.

Частям 13-й армии удалось с тяжелыми боями прорвать кольцо окружения и отойти на восток, закрепившись на рубеже Семцы-Баклань. Непосредственно из окружения под Унечей выходили бойцы дивизиона 398-го артиллерийского полка. Выводил артдивизион из-под Унечи майор Владимир Мартынович Керп. Спустя два года, уже в звании подполковника, В.М. Керп будет освобождать в ходе Черниговско-Припятской операции города и села Северской Украины. В 1945 году в Германию В.М. Керп придет уже генерал-майором артиллерии.

С боями прорывались из района Унечи и отступавшие из района Кричева части 8-й воздушно-десантной бригады 4-го воздушно-десантного корпуса, а также части 50-й танковой дивизии, в составе которой было немало совсем юных курсантов Саратовского танкового училища.

После взятия Унечи, гитлеровцы продолжили развивать наступление в направлении Стародуба и Почепа. Стародуб был взят на следующий день после оккупации Унечи, а Почеп захвачен 21 августа 1941 года. Двумя днями раньше – 19 августа 1941 года немцы захватили Гомель, а на следующий день Клинцы.

Итак, Унеча была захвачена немцами 17 августа 1941 года. Начались два долгих года вражеской оккупации.

После захвата Унечи, здесь в августе 1941 года некоторое время располагался командный пункт танковой группы генерала Гудериана, который периодически облетал из Унечи расположения своих войск на персональном самолете «Физелер Шторх».

Из послевоенных мемуаров Гудериана также известно, что в августе 1941 года Унечу посещал и другой немецкий военачальник – знаменитый генерал-фельдмаршал Фридрих Паулюс, бывший на тот момент первым обер-квартирмейстером генштаба сухопутных войск Германии. В Унече Паулюс обсуждал с Гудерианом и другими немецкими военачальниками планы дальнейшего наступления. Впрочем, на тот момент Паулюс был еще не очень заметной фигурой в войсках Рейха. Известность он обрел в 1942-1943 годах, когда командовал 6-й немецкой армией, уничтоженной под Сталинградом. Сам фельдмаршал тогда сдался в советский плен, став самым ценным живым трофеем наших войск за всю историю войны.

К концу августа 1941 года советское командование разработало наступательную операцию, получившую название Рославльско-Новозыбковской, которая проводилась с 30 августа по 12 сентября 1941 года, с целью разгрома 2-й танковой группы Гудериана, угрожавшей Юго-Западному фронту. По плану операции, подразделения Брянского фронта должны были перейти в наступление и нанести удар по всему флангу фронта от Рославля до Стародуба, уничтожив немецкую группировку в центре и на западе Брянщины, после чего развивать наступление в сторону Черниговской области. Наступление должно было производиться по нескольким направлениям силами 50-й, 3-й, 13-й и 21-й армий. Таким образом, мы видим, что советское командование имело планы по освобождению западной Брянщины еще осенью 1941 года. Однако, с этой задачей Брянский фронт не справился. Впереди у Красной Армии еще будут блестящие победы, а пока… Пока фронт неумолимо откатывался на восток…

Оккупационная политика немцев на территории Унечского района в целом ничем не отличалась от общей оккупационной политики, проводимой Германией на захваченных советских территориях.

Унеча находилась на территориях, управлявшихся военной администрацией тылового района 2-й немецкой танковой армии.

Немцы ликвидировали существовавшее административно-территориальное устройство и организовали собственную оккупационную систему управления, разделив захваченную территорию на округа, уезды (районы) и волости. Один округ включал в себя около 7-8 районов, в составе одного района было порядка 5-6 волостей. Округом управлял обер-бургомистр, уездом руководил бургомистр, волостью – старшина, а в селах и деревнях оккупационная власть была представлена старостами. Такая система была типичной для всех оккупированных территорий и Унеча не стала исключением. Как и везде на захваченных территориях, немцы организовали в Унече оккупационную полицию, в которой служило немало советских граждан из числа местных жителей - так называемых полицаев.

В Унече немцы организовали комендатуру, тыловой госпиталь и местный отдел германской тайной государственной полиции – гестапо, который расположился в одном из домов по улице Первомайской. Для содержания арестованных немцы оборудовали тюрьму, приспособив под нее двухэтажное административное здание птицекомбината.

С приходом немцев были распущены все колхозы и местные крестьяне занимались выращиванием урожая для своих семей, фактически перейдя на натуральное хозяйство. Советские деньги в годы оккупации хождения не имели, зато были востребованы немецкие марки. Впрочем, деньги в годы немецкой оккупации были не самым актуальным платежным средством - в основном  господствовал натуральный товарообмен.

По произведенным после войны подсчетам, оккупационный немецкий режим уничтожил на территории Унечского района около 4 тысяч местных жителей. В память о безвинных жертвах 1941-1942 годов, на северной окраине Унечи, в самом конце улицы Октябрьской, у городского озера был установлен мемориальный обелиск. В этом месте немцы производили массовые казни местных коммунистов, партизан и всех, заподозренных в связях с ними.

Еще одним местом массовых казней мирных жителей была городская сенобаза. В частности, здесь немцы расстреляли немало еврейского населения.

В 1942 году действия Красной Армии в нашем регионе ограничивались периодическими налетами дальней авиации. Например, летом 1942 года советская авиация бомбила Унечу, стараясь уничтожить немецкие составы с нефтепродуктами. По воспоминаниям жителей соседних городов, зарево от пожара на станции было видно за десятки километров.

Зимой и ранней весной 1943 года авианалеты стали более интенсивными: советская дальняя авиация наносила регулярные мощные удары по немецким железнодорожным объектам на протяжении всей магистрали Брянск-Гомель. Так, в начале марта наши бомбардировщики частично вывели железнодорожный узел Унеча из строя, значительно повредив путевое хозяйство и уничтожив несколько немецких эшелонов с горючим. Бомбовые удары вызвали на станции большой пожар, повергший в панику солдат вермахта, многие из которых погибли от разрывов авиабомб и сдетонировавших собственных боеприпасов.

Налеты на Унечу продолжались всю весну и лето 1943 года, вплоть до освобождения города. Несмотря на то, что Унеча, как боевая цель, считалась среди летчиков не слишком сложной, тем не менее, оборудованная на станции система прожекторов и орудийных батарей могла доставить нашим экипажам немало неприятностей. К сожалению, для некоторых советских летчиков полет над Унечей стал последним. В частности, 5 июля 1953 года где-то под Унечей немецкими зенитчиками был сбит самолет летчика 102-го Керченского авиаполка дальнего действия Л.А. Скуднова.

Весной 1943 года немцы весьма активно использовали станцию Унеча для переброски эшелонов с войсками и техникой. Так, из разведывательных донесений штаба партизанского движения на Центральном фронте известно, что за апрель 1943 года через Унечу в сторону Брянска прошло около 300 эшелонов с живой силой, оружием и техникой. В обратную сторону было отмечено движение составов с ранеными и поврежденной немецкой техникой. В дальнейшем интенсивность движения по станции Унеча только увеличивалась.

На самой станции Унеча немцами тоже велись военные приготовления. В частности, 1 апреля 1943 года в Унечу прибыл полк солдат и офицеров с полным вооружением, включая танки. Этот полк, включавший в себя, помимо немцев, также итальянских и русских солдат, расположился в Унече и окрестных деревнях. С прибытием полка в городе началось активное возведение окопов, блиндажей и мест для артиллерийских установок. К работам массово привлекалось местное население. С чем было связано возведение оборонительных укреплений в апреле 1943 года, когда фронт был от Унечи еще очень далеко, мы не знаем. Очевидно, прагматичные и предусмотрительные немцы уже тогда понимали, что возвращение Красной Армии в Унечу – это лишь вопрос времени.

Летом 1943 года руководство третьего рейха пришло к выводу, что в условиях мощного наступления Красной Армии им придется значительно мобилизовать свои тылы. В связи с этим, на оккупированных территориях немцы стали активно проводить мероприятия по отправке местных жителей на принудительные работы в Германию. В населенных пунктах Унечского района молодежи, начиная от 1926 г.р. и старше, было предписано явиться для отправки на работы в Германию. За неявку на сборные пункты полагался расстрел. Эшелоны с бесплатной рабсилой уходили на запад прямо со станции Унеча. Вернуться с чужбины было суждено немногим. Повезло лишь тем, кто сумел бежать во время пути.

  Весной-летом 1943 года Германия и Советский Союз готовились к одной из самых грандиозных битв второй мировой войны – Орловско-Курскому сражению. Готовясь к нему, немцы активно использовали железнодорожную магистраль Гомель-Брянск для переброски войск и техники в районы будущих битв. В частности, через Унечу немцы доставляли основную часть грузов для своей 2-й танковой армии. В связи с этим, значимость каждого диверсионного мероприятия возрастала многократно. За один только июнь 1943 года на железнодорожные магистрали Брянск-Пинск и Брянск-Смоленск было совершено более 800 партизанских налетов. А в июле и августе 1943 года их количество возросло еще больше.

В начале августа 1943 года силами 4-й Клетнянской партизанской бригады «За Родину» была проведена самая крупная и успешная партизанская операция за все время вражеской оккупации Унечского района. В ночь с 3 на 4 августа 1943 в районе станции Жудилово партизанами было уничтожено более тысячи рельсов, взорван 12-метровый железнодорожный мост на реке Дубне в районе Пучковки, на самой станции полностью сожжены три эшелона с боеприпасами, горючим и техникой. Были ликвидированы  немецкие склады с зерном весом до 500 тонн, склад боеприпасов, сенной пункт и маслозавод. В ходе боев и в результате взрывов было уничтожено около 300 немецких солдат. Командование жудиловской операцией осуществлял комбриг Иван Александрович Панасенков.

Лето 1943 года подходило к концу. Отгремела грандиозная Курская битва, в которой принимали участие и наши земляки. Среди них были Василий Платонович Охлопков, Дмитрий Михайлович Голынский, Федор Иванович Шималин.

Освобождение было уже не за горами. В начале сентября 1943 года Красная Армия стремительно продвигалась на запад и вступила в восточную часть современной Брянской области. Подразделения вермахта отступали по линии Орел-Брянск-Гомель. Задача по освобождению территории современной Брянской области была возложена на Брянский фронт в составе 50-й, 3-й, 11-й, 63-й, 11-й гвардейской и 15-й воздушной армий. Командующим Брянским фронтов в указанный период был Герой Советского Союза генерал Маркиан Маркович Попов (1902-1969).

Операция по освобождению Брянщины заслуживает отдельной книги, однако, нас в первую очередь интересует ее завершающая фаза, в ходе которой была освобождена Унеча.

17 сентября 1943 года советскими войсками был освобожден Брянск. Оставившая город немецкая 9-я армия, состоявшая из 13 дивизий, продолжала отходить на запад, прикрывая свое отступление мощными арьергардами и минными заграждениями. Действовавшей осенью на территории Брянщины 9-й полевой армией в то время командовал немецкий военачальник Вальтер Модель – тот самый, который в августе 1941 года командовал 3-й танковой дивизией, солдаты которой одними из первых вошли в Унечу.

Операция по освобождению нашей области от оккупантов носила название Брянской. Главным направлением всей операции было центральное – вдоль железной дороги Брянск-Гомель, где Унеча была ключевым опорным пунктом немецкой обороны. В город было стянуто большое количество артиллерийских и минометных расчетов, которые были хорошо замаскированы от ударов с воздуха. Окрестности Унечи были тщательно заминированы. Немецкие мины и фугасы в лесах и полях Унечского района, а также в черте города, регулярно находят в наши дни и, вероятно будут находить еще долго.

Продвижение советских войск в освободительном сентябре 1943 года было стремительным. Уже к 22 сентября 1943 года были освобождены Почеп, Мглин и Стародуб, после чего перед советскими войсками встала более сложная задача – взять хорошо укрепленную Унечу. Подойдя к городу, основные силы нашей армии заняли позиции на северо-востоке от Унечи, готовясь взять село Писаревку и продолжить дальнейшее наступление. Другая группа войск двигалась к Унече по южному флангу со стороны Стародуба.

В течение дня 22 сентября 1943 года были освобождены многие села Унечского района, в частности, крупное село Писаревка. К вечеру того же дня советские воины вышли к окраине Унечи. Непосредственно операция по освобождению нашего города началась поздно вечером 22 сентября и была завершена в ночь на 23 сентября 1943 года. В ходе упорных боев в городе были подавлены все очаги немецкого сопротивления, из которых самым крепким оказался железнодорожный вокзал, который немцы никак не хотели уступать.

С тех пор 23 сентября стоит особняком в жизни нашего города – эта дата ежегодно широко отмечается всеми жителями и гостями Унечи. В честь Дня освобождения в городе были переименованы улица Стальная и переулок Стальной. Теперь они носят название улица и переулок 23 Сентября.

В оперативной сводке Совинформбюро за 23 сентября 1943 года сообщалось:

«Войска Брянского фронта, продолжая стремительное наступление, продвинулись вперед до 20 километров, с боем овладели железнодорожным узлом и сильным опорным пунктом обороны немцев - городом Унечей. Моторизованные подразделения, преследуя противника, уничтожили свыше 1500 солдат и офицеров противника. Захвачено 22 орудия, 82 пулемета, 70 автомашин с военными грузами. Взято 150 пленных».

Унеча была освобождена силами 25-го стрелкового корпуса и 1–го танкового корпуса 11-й армии Брянского фронта, а непосредственно наш город освобождали: 217-стрелковая дивизия (полковник Николай Павлович Массонов), 197-я Брянская стрелковая дивизия (полковник Федор Семенович Даниловский), 117-я танковая бригада (подполковник Александр Сергеевич Воронков), 30-я мотострелковая бригада Уральского добровольческого корпуса (полковник Михаил Семенович Смирнов).

Непосредственное участие в боях за Унечу также принимали летчики 15-й воздушной армии генерал-лейтенанта авиации Н.Ф. Науменко (1901-1967). Свой вклад в освобождение нашего города внесли бойцы 53-го и 131-го понтонно-мостовых батальонов, обеспечивавшие переправы наступавшим на запад войскам.

Расскажем вкратце о людях, которым мы, жители Унечи обязаны освобождением нашего города от немецко-фашистской оккупации.

Федор Семенович Даниловский – на момент освобождения Унечи командир 197-й стрелковой дивизии. Весной 1945 года генерал-майор Даниловский вместе со своей дивизией принимал участие в завершавшей войну Берлинской операции. После войны генерал Даниловский посещал наш город, куда приезжал на празднование тридцатой годовщины освобождения. По словам генерала, приехав в заново отстроенную Унечу, он не узнал того разрушенного и зияющего огромными пепелищами города, который видел осенью 1943 года.

Николай Павлович Массонов (1905-1944) – командир 217-й стрелковой Унечской Краснознаменной дивизии. Об этом человеке следует рассказать более подробно, т.к. именно он был отцом-командиром для сотен унечских парней, которые осенью 1943 года пополнили ряды 217-й дивизии. Массонов родился в 1905 году в Нижегородской губернии в рабочей семье. С 1926 года был призван в армию. Войну встретил летом 1941 года в Белоруссии, где был ранен и остался на территории, занятой немцами. Выбирался на восток вместе с двумя солдатами и лишь к январю 1942 года сумел выйти к своим. Проведя несколько месяцев в фильтрационном лагере НКВД в Подольске, майор Массонов оказался вне подозрений и весной 1942 года был возвращен в войска, где назначен командиром 266-го стрелкового полка 217-й дивизии. Летом 1943 года 217-я дивизия участвовала в Курской битве, а в сентябре, незадолго до освобождения Унечи, Массонов принял командование дивизией. Бойцы Массонова с боями прорвались на восток Брянщины, форсировали Десну и в течение сентября 1943 года освободили большую часть современной Брянской области, в том числе и Унечу. Поздней осенью и зимой 1943 года 217-я дивизия, пополненная неопытными бойцами из освобожденных районов, вела тяжелые и кровопролитные бои в районе Гомеля, неся огромные потери. В 1944 году дивизия Массонова участвовала в освобождении Белоруссии, участвуя в штурме Бобруйска и Баранович. Летом 1944 года, за образцовое выполнение военных задач и умелое руководство дивизией полковник Массонов был представлен к званию Героя Советского Союза и одновременно генерал-майора. Однако, надеть звезду Героя ему было не суждено. Жизнь полковника Массонова оборвалась 17 июля 1944 года. Автомашина, в которой он следовал, подорвалась на мине. Случилось это в Гродненской области, где Массонов и был похоронен в братской могиле в поселке Свислочь. Высокую награду полковник получил уже посмертно, в августе 1944 года.

В честь освобождения Унечи, в Москве поздним вечером 23 сентября 1943 года были даны двенадцать залпов салюта из 124-х орудий, а подразделения, освобождавшие город, в соответствии с приказом Сталина получили наименование «Унечских». «Унечскими» стали 217-я стрелковая дивизия, 117-я танковая бригада и 30-я мотострелковая бригада Уральского танкового корпуса. 197-я Брянская дивизия за освобождение Унечи была представлена к ордену Красного Знамени.

Из Приказа верховного главнокомандующего от 23 сентября 1943 года:

«Генералу армии Попову

Войска Брянского фронта, продолжая стремительное наступление, сегодня, 23 сентября, с боем овладели важнейшим железнодорожным узлом и сильным опорным пунктом обороны немцев на гомельском направлении городом Унеча.

В боях за город Унеча отличились войска генерал-лейтенанта Федюнинского и летчики генерал-лейтенанта авиации Науменко.

Особенно отличились: 197-я Брянская стрелковая дивизия полковника Даниловского, 217-я стрелковая дивизия полковника Массонова, 117-я танковая бригада подполковника Воронкова, 30-я мотострелковая бригада полковника Смирнова.

В ознаменование одержанной победы соединениям, отличившимся в боях за освобождение города Унеча, присвоить наименование «Унечских».

Впредь эти соединения именовать:

217-я Унечская стрелковая дивизия,

117-я Унечская танковая бригада,

30-я Унечская мотострелковая бригада.

197-ю Брянскую стрелковую дивизию, второй раз отличившуюся в боях с немецкими захватчиками, представить к награждению орденом Красного Знамени.

Сегодня, 23 сентября, в 22 часа столица нашей Родины Москва от имени Родины салютует нашим доблестным войскам, освободившим город Унеча, двенадцатью артиллерийскими залпами из ста двадцати четырех орудий.               

За отличные боевые действия объявляю благодарность всем руководимым Вами войскам, участвовавшим в боях за освобождение города Унеча.

Вечная слава героям, павшим в борьбе за свободу и независимость нашей Родины!

Смерть немецким захватчикам!

Верховный Главнокомандующий

Маршал Советского Союза И. Сталин

23 сентября 1943 года»

Одним из подразделений, наступавших на Унечу с северной стороны, была 30-я мотострелковая бригада, входившая в состав 30-го Уральского добровольческого танкового корпуса. Название это хорошо известно всем жителям нашего города. Его знают даже те, кто мало знаком с историей Унечи времен Великой Отечественной войны. В честь воинов-уральцев, освобождавших наш город, в послевоенные годы был назван парк, раскинувшийся в сосновом бору на окраине Унечи. Он так и называется – парк имени Уральских добровольцев.

30-й Уральский добровольческий танковый корпус был сформирован весной 1943 года в Свердловской области, по инициативе трудовых коллективов уральских танкостроительных заводов. Основная масса личного состава корпуса была представлена добровольцами из числа рабочих. К 20 марта 1943 года в рядах корпуса уже насчитывалось 9 660 человек. В состав корпуса вошли три танковые бригады и 30-я мотострелковая бригада (подразделение освобождавшее Унечу). Командующим танковым корпусом был назначен генерал-майор танковых войск Родин. 10 июня 1943 года корпус прибыл в Подмосковье, где через пару недель влился в состав 4-й танковой армии. Вскоре уральцы приняли первое боевое крещение в боях на Курской дуге к северу от Орла. К сентябрю 1943 года перед уральцами была поставлена задача по освобождению западной части Орловской области. 20 сентября 1943 года 30-я мотострелковая бригада Уральского корпуса, усиленная танками, была временно подчинена командованию подвижной группы Брянского фронта, перед которой стояла задача взять под контроль обширную территорию в районе Стародуба, Клинцов, Мглина, а также освободить ключевой населенный пункт этого региона Унечу. Как известно, уральцы вместе с другими частями Брянского фронта с этой задачей успешно справились. Основной ударной силой танкистов, освобождавших Унечу, были лучшие машины 2-й мировой войны - легендарные Т-34 – точно такие же танки, как стоящий ныне на постаменте в центре Унечи. Помимо Т-34, в составе разведрот бригады было также несколько оборудованных мощной пушкой английских легких танков МК-III «Валентайн», которые поставлялись в СССР западными союзниками. Среди военнослужащих 30-й мотострелковой бригады, участвовавших в боях за наш город, известны имена капитана Г.Ф. Макрушина, старшего лейтенанта В.П. Кирсанова, санинструктора Полины Бурнашевой, командира роты автоматчиков старшего лейтенанта В.В. Пурвинского. Последний решением властей нашего города был удостоен звания «Почетный гражданин Унечи». В сентябре 1943 года на подступах к Унече отличился военнослужащий мотострелковой бригады гвардии сержант С.И. Шишкин, который со своим отделением под огнем противника обезвредил минное поле. Не прерывая боевой работы, саперы отразили семь вражеских атак и очистили путь для штурма города.

За два года войны Уральский добровольческий корпус прошел с боями от Орла до Берлина и Праги, уничтожив десятки тысяч врагов и тысячи единиц вражеской техники.

Помимо Унечи, памятники воинам Уральского корпуса были установлены в городах Орел, Каменец-Подольский, Тернополь, Львов, Прага, Берлин.

Среди тех, кто непосредственно освобождал Унечу, были и жители нашего города. Например, окончивший войну в звании капитана, военнослужащий 217-й стрелковой дивизии Григорий Григорьевич Щипайло – кавалер орденов Отечественной войны 1-й и 2-й степени, медалей «За взятие Берлина», «За  Победу над Германией».

Помимо Унечи, в оперативной сводке за 23 сентября 1943 года также говорится об освобождении крупных сел Старая Гута, Найтоповичи, Красновичи. Старая Гута была освобождена в результате операции по преследованию немецких войск, пытавшихся закрепиться на железной дороге Унеча-Кричев. После того, как их сбросили с магистрали, немцы отошли в район Старой Гуты, где завязался бой, ставший одним из последних на территории Унечского района.

С 22 по 25 сентября 1943 были освобождены все граничащие с Унечским районы Орловской области. Так, после освобождения Унечи советские войска без промедления продолжили движение на запад, преследуя врага в направлении Клинцов. Уже в ночь на 24 сентября 1943 года силами советской пехоты немцы были отброшены на запад от Брянкустич. В течение ближайших трех суток советские войска, освободив Клинцы, Новозыбков и Злынку, вплотную подошли к границе Гомельской области. К 1-3 октября 1943 года войска Брянского фронта вышли на Сож, форсировали его и захватили плацдарм на правом берегу реки, создав предпосылки для дальнейшего наступления на гомельском направлении.

Увы, но большинство из унечских парней, призванных осенью 1943 года, сложили свои головы уже спустя несколько месяцев в жестоких сражениях на востоке Белоруссии. Многие погибли практически в первых же боях под Гомелем. Особенно тяжелые потери понесла 217-я стрелковая дивизия, личный состав которой был в значительной степени укомплектован призывниками из нашего района.

Во многих унечских селах не вернулись домой более половины, а кое-где и больше двух третей от общего числа призванных на фронт мужчин.

Братские могилы, в которых покоятся унечцы, разбросаны по многочисленным деревням и селам Белоруссии. Районная Книга Памяти пестрит географическими названиями этой республики, где навсегда сложили голову или пропали без вести наши земляки. Особенно много братских захоронений, в которых нашли покой фронтовики-унечцы, в Гомельской области: Старое Село, Поколюбичи, Эштер-Май, Рудня, Калиновка, Возрождение и др. Немало могил, в которых покоятся унечские солдаты, находится на территории Европейской части России, в Украине, Прибалтике, Польше, Германии, Венгрии.

Еще большее число унечцев числится пропавшими без вести. В наши дни немало энтузиастов занимаются поисковой работой, устанавливая судьбы бойцов. Часто эта работа приносит успех. Например, весной 2008 года калужскими поисковиками у деревни Вышнее Мосальского района Калужской области были найдены останки младшего политрука 459-го стрелкового полка 42-й стрелковой дивизии Потемкина Григория Фроловича, 1916 года рождения, который погиб в бою у деревни Вышнее 15 июля 1942 года. В сентябре 2008 года останки бойца были торжественно захоронены на родине в деревне Коробоничи Унечского района, рядом с могилами его родителей.

Не зря говорят, что война не окончена до тех пор, пока не будет похоронен последний ее солдат…

 

 

 

Категория: Работы коллег | Добавил: unechamuzey (31.01.2017) | Автор:
Просмотров: 223 | Теги: Музей, унеча, Гавриченко А.Г., война, оккупация | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Имя *:
Email *:
Код *: