» » »

Голик Н.А. "Трагедия Унечского партизанского отряда"

Несмотря на то, в Унечском районе партизанское движение не имело такого размаха, как, например, в обширных клетнянских лесах, однако и наши партизаны внесли немалый вклад в общее дело победы над врагом.

В районе Унечи на протяжении всего периода оккупации действовали такие партизанские объединения, как Мглинский отряд, Четвертая Клетнянская партизанская бригада «За Родину!», партизанская бригада имени Котовского.

Немало унечан  сражалось  в этих и других партизанских отрядах.

Кроме того, в Унече  эти отряды имели немало осведомителей, собиравших ценные сведения о дислокации и передвижениях немцев.

В районе Унечи наибольший интерес для партизанских отрядов представляло все, что было связано с использованием немцами железной дороги, т.к. выведение из строя полотна, уничтожение составов и прочей инфраструктуры наносило весьма существенный урон вражескому тылу.

Партизанская проблема была для немцев настолько серьезной, что одно время они даже рассматривали вариант постройки оградительного забора вдоль всей железной дороги от Брянска до Унечи.

Первые партизанские диверсионные действия в районе Унечи были отмечены еще в сентябре 1941 года. А вообще, диверсии на железной дороге организовывались партизанами регулярно.

Немецкое командование, понимая, какую опасность представляет масштабное партизанское движение, выделяло на борьбу с повстанцами немалые силы. При выборе методов этой борьбы было приказано не церемониться и самым жестоким образом подавлять всякую волю к сопротивлению.

Например, в «Памятке о партизанской войне», выпущенной для военнослужащих 102-й пехотной дивизии вермахта, которая в те годы действовала на западе современной Брянщины, говорилось о необходимости казнить не только всех без исключения партизан, но и местных жителей, оказывающих партизанам какую-либо поддержку.

В Унече, Сураже, Мглине и Клинцах с августа 1941 года постоянно дислоцировались солдаты и офицеры немецкой военной разведки и полевой полиции. Также в годы оккупации в нашем регионе действовала немецкая разведывательная Абвергруппа-107.

Для борьбы с партизанами военные совместно с полицией организовывали карательные рейды по населенным пунктам и их окрестностям.

Так, зимой 1941-1942 годов, силами военных и полицейских подразделений Почепа, Клетни, Мглина, Унечи, Стародуба и Суража была проведена большая карательная операция на территории Мглинского района.

В результате подобной операции погиб и унечский партизанский отряд, судьба которого была коротка и трагична, и о котором я хотела вам рассказать подробнее.

К сожалению, пока нам не удалось найти достаточное количество архивных документов, на основании которых можно было бы подробно узнать о деятельности отряда.

Есть только несколько документов из партийного архива Брянского обкома, госархива новейшей истории Смоленской области, относящихся к отдельным членам отряда, по которым можно составить о нём какое-то представление.

Кроме того,  упоминание об Унечском партизанском отряде, действующем в рассухских и коробоничских лесах с базой в районе поселка Липки, можно найти в нескольких заслуживающих доверия источниках.

Так, унечский краевед А.Т. Бовтунов в своей статье «Действовали партизаны-подпольщики», опубликованной  на страницах «Унечской газеты» от 26 марта 2010г. , приводит отрывок из книги В.М. Стельмаха «По зову сердца, по долгу коммуниста», изданной в 1970 г.

В этом отрывке представлена докладная записка комиссара партизанского отряда Л.М. Лещинского. Какого отряда - не уточняется.

Но нам удалось установить, что Лещинский Лев Михайлович, 1909г.р., с мая 1942г. был  комиссаром партизанского отряда майора Рощина, который входил во 2-ю Клетнянскую бригаду. А до зимы 1941г. мог быть членом Унечского партизанского отряда. И мы знаем, что человек с такой фамилией в Унечском отряде был точно.

Так вот, в своей докладной записке Л.М. Лещинский сообщал: «В лесу (близ Унечи) с оккупацией района действовал штаб подпольной организации из 9 человек (командир Пыхтенков – работник военкомата, комиссар Василенко – офицер Красной Армии), в окрестных селах работали под его руководством подпольные группы по 7-21 человеку в каждой.

Они буквально деморализовали местные оккупационные органы управления. Саботировали все распоряжения оккупантов: срывали поставки, сжигали свезенный в амбар хлеб, уничтожали согнанный скот, убивали гитлеровцев, полицейских и т.д.

В феврале 1942 года каратели совершили нападение на штаб. Восемь человек из штаба успели скрыться, а девятый был схвачен и выдал всю подпольную сеть. В течение одного дня было арестовано и расстреляно 120 подпольщиков. Район оказался временно обезглавленным».

И далее краевед А.Т. Бовтунов пишет: «Землянка, где располагался штаб подпольной организации, находилась в коробоничском лесу, в четырех километрах от Павловки. После ее разгрома 21 участник подполья, жители деревень Павловки, Пески и Липки были схвачены фашистами и расстреляны в Унече». И перечисляются фамилии погибших.

Об этом же отряде на страницах краеведческого сборника «Тихая моя родина» пишет ветеран Великой Отечественной войны, учитель – краевед, а позже – научный сотрудник Унечского музея Аксененко Н.И.

На основании этих материалов, а также воспоминаний жителей Унечи, собранных в первые послевоенные десятилетия, газетных публикаций, косвенных документов и получилось представить более развернутую историю Унечского партизанского отряда.

Что же собою представлял Унечский партизанский отряд? Скорее всего, основу его составили бойцы истребительного батальона, который в августе 1941г. отступал от Унечи и дошел до деревни Ивайтенки. Его командование решило уходить в рассухские и коробоничские леса.

Но там никто не успел подготовить для партизан базы, где можно было заложить запасы продуктов, оружия, теплой одежды, необходимых в суровых условиях борьбы в тылу врага. Спешная эвакуация населения и имущества вглубь страны, вражеское окружение, отсутствие опыта борьбы с врагом в глубоком тылу – все это помешало создать боевой партизанский отряд.

По одним сведениям, ядро отряда составило 15 человек, остальных (около 80 бойцов) после принятия партизанской присяги распустили по домам. Они поддерживали связь с отрядом, выполняли задания командования и ждали весны, чтобы перебазироваться в клетнянские леса и слиться с более крупным партизанским соединением.

Так, например, в Писаревскую подпольную группу, числившуюся в составе партизанского отряда, вошли Коротченко Александр Анисиевич – командир группы, Фролов Иван Николаевич – политрук группы и ещё 7 человек.

 По версии же упомянутого Л.М.Лещинского, штаб отряда состоял из 9 человек. И вопрос с шестью его членами, фамилии которых мы знаем, среди которых и фамилия Лещинского, остаётся открытым.

По пока неизвестной нам причине, эти 6 человек ушли из отряда: 2-й секретарь РК ВКП(б) Копытов, а также Воронин, Тищенко, Симонов, Толстопятов и Лещинский.

Копытов по тылам врага добрался до Орловского обкома ВКП(б), возможно, чтобы получить какие-то указания, но там получил серьёзную  взбучку за то, что не выполнил задания по организации отпора врагу.

Он опять вернулся в свой район и не был схвачен немцами. Его опознали и посадили в Мглинскую тюрьму. Там он покончил с собой.

Ещё один из ушедших, Лещинский Лев Михайлович, как уже было сказано, с мая 1942г. стал  комиссаром партизанского отряда майора Рощина, который входил во 2-ю Клетнянскую бригаду.

В Унечском партизанском отряде осталось 9 человек: командир отряда -офицер райвоенкомата Пыхтенков, комиссар отряда - офицер Красной армии Алексей Степанович Василенко (псевдоним Нестеренко), помощник командира отряда по разведке - Яков Захарович Бондаренко, а также партизаны Голик, Попков, Денисов, Густов, Петров, Кротов и Занин. Последнему суждено было сыграть роковую роль.

Однажды некий лесник наткнулся на партизанскую землянку близ поселка Липки. О чем он немедленно сообщил своему брату-полицаю, а тот в гестапо. Немцы и полицаи окружили землянку, в которой оставалось шесть человек (трое были на заданиях). Отстреливаясь, по ходам сообщения партизаны ушли в лес. Но комиссар Василенко вспомнил, что в суматохе забыты списки партизан и другие документы. Он вернулся в землянку, уничтожил их, но обратно пробиться уже не смог. Он погиб, пожертвовав собою ради спасения своих боевых товарищей.

Фашисты надругались над телом советского офицера. Они привязали труп погибшего комиссара за ноги к санной упряжке и так волочили его из деревни в деревню, выкрикивая: «Партизанам капут!» Это произошло 25 февраля 1942 года.

Спустя два дня вернулся с задания Занин. Кроме землянки с развороченным накатом здесь ничего уже не было. Занин стал метаться по всему району в поисках своих товарищей. Выбившийся из сил, замерзающий, голодный он очутился на Бельце.  Постучался в избу. Хозяин впустил его, но уснувшего выдал полиции. На первом же допросе в гестапо тот назвал всех партизан, не успевших уйти в другие отряды.

Кстати, по воспоминаниям одного из старейших краеведов района С.Л.Старовойтова, за усердие перед немцами был поощрен и возглавил суражскую тюрьму.

Судьба же выданных им людей была ужасной. Гестаповцы измучили людей пытками, а потом расстреляли у водокачки.

Вот судьба только одной семьи. В поселке Липки были схвачены Никита Прокофьевич Урянский и его восемнадцатилетний сын Иван. Восемь дней палачи пытали юношу: били плетьми по голове, давили пальцы дверями, жгли железом, травили овчарками. Он погиб героем, ничего не сказав палачам. Такими же патриотами были его отец и мать - Ульяна Семеновна Урянская, которая готовила партизанам пищу, стирала белье, выпекала хлеб, топила для них баню. Она чудом спаслась от гибели.

Политрук этой группы Урянский Петр Венедиктович был расстрелян публично, на глазах у жены, в Унече у водокачки. В справке из Павловского ЗАГСа от 24 марта 1944г. прямо написано, что «Урянский был выдан полиции провокатором Заниным и был зверски убит».

Страшная участь постигла и Писаревскую группу. Все девять членов группы были схвачены. Семеро сразу были расстреляны в Унече в районе водокачки, а И.Н.Фролова и А.К.Сидоренко, как коммунистов, отправили в Брянск, в гестапо. Там их держали в тюрьме 5 дней, морили голодом, пытали. Каким-то чудом Сидоренко удалось бежать. А Фролова 9 марта 1942г. расстреляли.

Унечский партизанский отряд погиб и не был восстановлен.

Но о судьбах некоторых его выживших членов нам удалось кое-что узнать.

Итак, упоминавшийся уже помощник командира отряда по разведке - Яков Захарович Бондаренко - уроженец с. Писаревка Унечского района, 1900 года рождения.

До войны по одним документам работал зам. директора МТС по политчасти,  а по другим документам -  инструктором  Унечского  райкома  партии.

С 16 августа 1941года являлся членом Унечского партизанского отряда.

С июля 1942 года стал  разведчиком партизанского отряда «За Родину» 4-ой Клетнянской партизанской бригады под командованием Панасенкова И.А. Стал парторгом взвода.

В сентябре 1943 года убыл в РККА.  Стал рядовым  16 гвардейского  стрелкового корпуса 11 Гвардейской армии Брянского фронта.

Приказом 11 Гвардейской армии Брянского фронта от 29.09.1943г. награжден Орденом Красной Звезды.

Из наградного листа Бондаренко Я.З. : « Выполняя боевые задания в тылу немецких захватчиков, работал разведчиком-агентом по разведке скопления и передвижения вражеских войск на ж/д линии Брянск-Гомель, а также на прилегающих большаках. Несмотря на трудности и опасности работы, благодаря мужеству и отваге т. Бондаренко сумел систематически и своевременно добывать и доставлять ценные разведданные».

К сожалению, Яков Захарович Бондаренко погиб 7 июля 1944 года и похоронен в Литве.

Ещё один упоминаемый боец Унечского партизанского отряда  - мой однофамилец Голик. Возможно, речь идет о Голике Алексее Филипповиче, 1899г.р.

Согласно документам  Брянского партийного архива Голик А.Ф. Унечским РК ВКП (б) был оставлен в тылу врага, являлся организатором подпольной группы Унечского района, работал секретарем парторганизации группы.

По архивной справке этого архива от 19.09.1988г. с 19 августа 1941г. находился в партизанском отряде им. Фурманова партизанской бригады им.Чапаева. Но это, скорее всего, не совсем корректная информация, т.к. отряд им. Фурманова был сформирован   в Почепском районе только 7 июля 1942г., и лишь в ноябре 1942г. он вошел в партизанскую бригаду им. Чапаева.

А вот согласно наградному листу Голика А.Ф. от 4.02.1949г. из того же архива, Алексей Филиппович перешел в отряд имени Чапаева в  июле 1942 г. Что, конечно, более достоверно. Но он мог служить и в обоих этих отрядах, потому что территориально они располагались рядом. По наградному листу Голик  до 6 марта 1943г. служил в отряде в должностях: политрук группы, парторг отряда, пом.начальника 2 отдела по агентурной разведке штаба партизанской бригады им.Чапаева, командир партизанского отряда.

По приказу обкома ВКП(б) выбыл из отряда .

Приказом Центрального штаба партизанского движения Голик А.Ф. награжден медалью «Партизану Отечественной войны» 1 ст., а указом Президиума Верховного Совета СССР от 19 июля 1949г. он был награжден орденом Красной Звезды.

В наградном листе к ордену Красной Звезды сказано, что Голик А.Ф. «выполнял разведывательную работу в тылу врага, доставлял много ценных сведений о противнике, вел агитационную работу среди населения, что способствовало пополнению партизанских отрядов. Выполнял задания по организации подпольных организаций и партизанских отрядов. Много раз участвовал в боях с противником, в подрыве железнодорожного полотна, в результате чего спущено под откос 2 вражеских эшелона, в засадах по уничтожению живой силы и техники врага, по разгрому вражеских гарнизонов».

         После войны Голик А.Ф. работал председателем районной плановой комиссии. Был награжден также медалями «За трудовую доблесть» и «За победу над Германией в Великой Отечественной войне».

         Работа по исследованию судеб  других унечских партизан будет продолжена.

Категория: Музейные исследования | Добавил: unechamuzey (24.08.2022) | Автор: E
Просмотров: 146 | Теги: Голик А.Ф., Унечский партизанский отряд, Бондаренко Я.З., Голик Н.А. | Рейтинг: 5.0/1
Всего комментариев: 0
Имя *:
Email *:
Код *: