» » »

Крашенинников В.В. Военные события августа – сентября 1943 г. на Брянской земле

Более 70 лет прошло с тех времён, когда началась Великая Отечественная война советского народа против нацистской агрессии, завершившаяся, как известно, великой Победой Советского Союза и разгромом фашистской Германии. Но до будущей Победы было в 1941 г. ещё очень далеко, и миллионам советских людей пришлось испить до дна из чаши горя и страданий, воинам – пройти через тяжёлые поражения, многим мирным жителям – узнать, что такое – фашистская оккупация. Словом, «сначала была беда, и только потом – Победа». О днях беды, пришедшей на землю Брянщины в конце лета 1941 г. и пойдёт дальше речь.

В течение первого месяца немецко-фашистским войскам удалось добиться крупных военно-оперативных успехов. Ими были заняты почти вся Белоруссия, большая часть Прибалтики, многие области Украины. На самом опасном, центральном направлении враг вступил на территорию Смоленщины. Здесь развернулось ожесточённое сражение, которое в значительной мере сорвало расчёты гитлеровского командования на «молниеносную» войну. К 21 июля линия обороны частей Западного фронта (им командовал в то время Маршал Советского Союза С.К. Тимошенко) на ближайших к Брянщине направлениях шла южнее Смоленска-Кричев-Рогачёв-Речица, т.е по территории Смоленской, Могилёвской и Гомельской областей.

Раньше других на территории Брянщины появились части 28-й армии под командованием генерал-лейтенанта Владимира Яковлевича Качалова (ранее он командовал Архангельским военным округом). Прибывавшие в район Брянска в первой половине июля части 28-й армии затем выдвигались в район Рославля, где и получили приказ основными силами начать с 23 июля наступление в сторону Смоленска, где три армии Западного фронта оказались в окружении. Одновременно с «группой Качалова» получили приказ перейти в наступление ещё 4 армейских ударных группы.

Однако ни одна из них не смогла добиться успеха. Лишь «группе Качалова», заметно уступавшей противнику в живой силе и технике, в условиях полного господства вражеской авиации в воздухе, удалось существенно продвинуться. Это отметил позже в своих воспоминаниях и генерал Г. Гудериан, командовавший войсками, противостоящими «группе Качалова»: «В последние дни июля в районе Рославля сложилась критическая обстановка и были понесены большие потери».

Но продвижение «группы Качалова» не было поддержано резервами, и дальнейшее развитие событий оказалось трагическим. 1 августа получившие подкрепление немецкие войска перешли в наступление и, продвинувшись к Рославлю с юго-запада, ворвались в город. 2-3 августа другая группа немецких войск обошла «группу Качалова» с востока и, соединившись с первой группой, замкнула кольцо окружения, внутри которого оказалось большинство наступавших советских войск. Вырваться из окружения смогли около 8 тыс. солдат и офицеров, а примерно 30 тыс. погибли или попали в плен.

В числе погибших был и генерал В.Я. Качалов. 4 августа в бою у д. Старинки командарм, видя, что пехоте не удаётся выбить противника, сел в один из уцелевших танков и попытался сам возглавить новую атаку, но прямым попаданием немецкого снаряда танк был подбит, а его экипаж и командарм погибли.

Не имея достоверных сведений о судьбе В.Я. Качалова, в Главном Политуправлении РККА выдвинули версию, что якобы генерал перешёл на сторону врага, а затем в приказе Верховного Главнокомандующего В.Я Качалов, погибший и давно похороненный жителями д. Старинки, был объявлен изменником Родины и заочно приговорён к расстрелу. Репрессиям подверглись и члены семьи генерала. Лишь в конце 1953 г. вопиющий по своей несправедливости приказ был отменён.

Ещё одним итогом разгрома 28-й армии стало вступление немецко-фашистских войск на территорию Брянщины: 8-10 августа ими были заняты посёлки Сеща, Дубровка, ряд селений Дубровского, Рогнединского, Жуковского, Клетнянского районов. Советских войск здесь почти не было, и немецкие части первоначально без особых проблем продвигались по шоссе Рославль-Брянск. Навстречу им стала выдвигаться 50-я армия, соединения которой частично формировались на Брянщине. Командующим армией был назначен генерал-майор Михаил Петрович Петров, удостоенный за участие в боях в Испании звания Героя Советского Союза. Входившая в состав этой армии 258-я дивизия (ею командовал полковник Кузьма Петрович Трубников, лишь в 1940 г. вернувшийся на армейскую службу после освобождения из лагерей; войну он закончил генерал-полковником в должности заместителя командующего 2-м Белорусским фронтом) успела до подхода немцев занять хорошо подготовленный оборонительный рубеж на реке Угость, правом притоке Десны. 11 августа немецкие войска пытались без остановки прорваться на этом участке советской обороны, но в ходе ожесточённого боя были отбиты с большими потерями. Позже эти попытки повторялись почти ежедневно в течение двух недель, но безуспешно. А всего части 50-й армии удерживали рубеж обороны на Угости и вдоль Десны к северу от Жуковки почти две месяца.

Обеспокоенное активностью противника на брянском направлении, советское командование 16 августа образовало Брянский фронт (командующий – генерал-лейтенант Андрей Иванович Ерёменко, ставший в послевоенные годы Маршалом Советского Союза), в состав которого были включены 50-я и 13-я армии (последняя ранее входила в состав Центрального фронта, образованного 24 июля из 13-й, 21-й и 3-й армий). По словам А.И. Ерёменко, И.В. Сталин в беседе с ним так определил главную задачу Брянского фронта: «Прикрыть Московский стратегический район с юго-запада и не допустить прорыва танковой группы Гудериана через Брянский фронт к Москве».

Постановка такой задачи уже не соответствовала ситуации. Ведь в это время танковая группа Гудериана, действовавшая ранее в районе Рославля, уже была переброшена на юг Могилёвской области и начала наступление совсем в другом направлении. Прорвав оборону Центрального фронта, войска Гудериана 16 августа заняли г. Мглин, 17 августа – Сураж и Унечу, 18 августа – Стародуб, 20 августа – Клинцы и одновременно вышли южнее Стародуба к северной границе Левобережной Украины. Тем самым для основных сил Центрального фронта пути возможного отступления на восток были отрезаны.

Хотя темпы наступления танковой группы Гудериана были высокими, это не означало, что она не встречала сопротивления. Сам Гудериан писал о «тяжёлых боях в районе Стародуб, Унеча», об «упорном сопротивлении у Почепа», об «атаках советских войск на линии Сураж, Клинцы, Стародуб», где «отдельным подразделениям удалось прорваться на восток в районе южнее Унечи».

Но были и другие примеры. Так, части 21-й армии (ею в это время командовал генерал-майор В.Н. Гордов) 16 августа оставили Новозыбков, 18 августа из города ушли местные власти, а немецкие войска вошли в Новозыбков только к концу дня 23 августа. А входивший в состав 13-й армии 436-й стрелковый полк под командованием майора И.Н. Кононова, оказавшись в окружении, почти полностью без боя сдался немцам. Это было тем неожиданнее, что командир полка пользовался уважением и начальства, и подчинённых. Судя по официальным документам, И.Н. Кононов был выходцем из рабочих, с 1929 г. был членом ВКП(б), окончил Московскую Военную академию им. М.В.Фрунзе, за успешное командование полком в войне с Финляндией был награждён орденом Красной Звезды, не раз получал хорошие служебные аттестации. Никто не знал в ту пору, что И.Н. Кононов – сын повешенного большевиками в 1918 г. донского казачьего есаула, что его братья и многие родственники были тогда же или в 1930-е гг. также уничтожены, что сам он при вступлении в 1922 г. в Красную Армию дал о себе ложные сведения и был вынужден принять правила поведения человека, преданного советской власти. Если поступок И.Н. Кононова можно объяснить его затаённой ненавистью к власти большевиков, то добровольный плен других офицеров и солдат его полка свидетельствовал о неустойчивости морально-психологических настроений среди немалой части бойцов в первые месяцы войны.

Главный удар танковой группы Гудериана пришёлся по 13-й армии (ею в это время командовал генерал-майор К.Д. Голубев – некоторые документы и мемуары не лучшим образом характеризуют этого военачальника; это, кстати, можно сказать и о командующем Центральным фронтом генерал-полковнике Ф.И. Кузнецове, хотя его перевод в середине августа на другую должность вряд ли был верным – ведь в это время части Центрального фронта вели тяжёлые бои с наступавшими немецкими войсками), которую именно тогда переподчинили Брянскому фронту. Уже 19 августа командование армии получило приказ А.И. Ерёменко уничтожить немецкие части, захватившие Унечу и перерезавшие дорогу Гомель-Брянск. Но реальных сил для выполнения приказа армия не имела: в ней «только числилось много соединений, людей же и техники в этих соединениях было крайне мало».

Ставка Верховного Главнокомандования, обеспокоенная продвижением танковой группы Гудериана и других немецких частей в полосе Центрального фронта, поставила перед Брянским фронтом новую задачу – остановить наступление войск Гудериана, для чего подчинила ему войска расформированного Центрального фронта. И хотя А.И. Ерёменко 21 августа в телефонном разговоре с И.В. Сталиным пообещал «разбить этого подлеца Гудериана», шансов на выполнение обещания практически не было. Наиболее боеспособная из армий Брянского фронта, 50-я, главными силами оборонялась севернее Брянска и участия в выполнении поставленной задачи не принимала. Переданная из состава расформированного Центрального фронта 21-я армия (в неё включили и остатки понёсшей большие потери 3-й армии) отступала в расположение войск Юго-Западного фронта и связи с Брянским фронтом не имела. Оставалась 13-я армия, которая, по позднейшему признанию А.И. Ерёменко, «была совершенно обескровлена в предыдущих боях» и нуждалась в военной помощи. К тому же позиции 50-й и 13-й армий были сильно растянуты. Это позволило немецкому командованию, перебросив от реки Угости 47-й мотомеханизированный корпус на почепское направление, ударить в стык 50-й и 13-й армий, захватить Почеп и форсировать реку Судость.

Командование Брянского фронта, используя оставшееся не у дел управление 3-й армии, восстановило эту армию, включив в неё по нескольку дивизий из 50-й и 13-й армий, находившихся севернее и южнее Почепа. Командующим армией был назначен генерал-майор Яков Григорьевич Крейзер, командовавший ранее дивизией в районе Смоленска и удостоенный за её успешные действия звания Героя Советского Союза.

Выполняя приказ командования Брянского фронта, части 13-й армии в конце августа начали наступление на Стародуб, но сами попали под удар 47-го немецкого корпуса, прикрывавшего с востока движение группы Гудериана и стремившегося очистить от советских войск всю территорию между Судостью и Десной вплоть до Трубчевска. Понеся серьёзные потери, 13-я армия начала отход, не всегда организованный. Это привело к смене командования армии – вместо генерала К.Д. Голубева был назначен генерал-майор Авксентий Михайлович Городнянский, ранее отличившийся в ходе Смоленского сражения.

Но попытка немецких войск с хода овладеть Трубчевском успеха не имела. Навстречу им была спешно выдвинута только что прибывшая на фронт оперативная группа, которую возглавил заместитель командующего Брянским фронтом генерал-майор Аркадий Николаевич Ермаков. В её составе было около 200 танков наиболее современных конструкций (КВ и Т-34), а также пехотные и конные части. В завязавшихся тяжёлых боях в треугольнике Почеп-Погар-Трубчевск, в которых участвовало до 500 танков и бронемашин, решающего успеха не добилась ни одна из сторон. Немецкие войска, потеряв около 100 танков, не смогли захватить Трубчевск, но и советские войска, чьи потери были не меньшими, не смогли прорваться в тыл наступавшей группе Гудериана.

30 августа, когда началось танковое сражение к западу от Трубчевска, поступила директива Ставки Верховного Главнокомандования о переходе в наступление всех сил Брянского фронта: 50-й армии – на Рославль, 3-й армии – на Почеп и Стародуб, 13-й армии – на Новгород-Северский и Новозыбков. Разнонаправленность намеченных ударов, отсутствие времени на их подготовку и необходимых подкреплений – всё это предопределило неудачу наступления. Выполняя приказ, все армии Брянского фронта 2 сентября начали наступательные действия, но лишь кое-где смогли продвинуться на 10-15 км., понеся при этом большие потери. Не решена была и главная задача – остановить наступление танковой группы Гудериана, которая 16 сентября близ г. Лохвицы на Полтавщине соединилась с наступавшей ей навстречу танковой группой Клейста. В окружении оказалось большинство соединений Юго-Западного фронта. Более полумиллиона советских солдат и офицеров попали в плен, а общие потери фронта превысили 600 тыс. человек.

Разгром Юго-Западного фронта ещё более осложнил положение 13-й армии, поскольку её южный фланг оказался открытым. Чтобы как-то заполнить эту брешь между Брянским и заново создаваемым Юго-Западным фронтами, была создана примыкавшая с юга к 13-й армии оперативная группа войск под командованием генерала А.Н. Ермакова.

К сожалению, положение и 13-й армии, и группы А.Н. Ермакова осложнялось и явными ошибками командования Брянского фронта. А.И. Ерёменко, не сумевший выполнить своего обещания по разгрому группы Гудериана, не ожидал, что вскоре эта танковая группа начнёт новое наступление именно в полосе Брянского фронта и не оказал своевременной помощи из имевшихся резервов частям, находившимся на севско-орловском направлении, куда и оказался нацелен удар танковой группы Гудериана, прорвавшей слабо подготовленную оборону Брянского фронта 30 сентября. Этот удар стал начальной частью наступательной операции «Тайфун», которая, по плану немецкого командования, должна была завершиться взятием Москвы.

Но это – уже следующий этап боевых действий на Брянщине, заслуживающий отдельного рассмотрения.

Категория: Работы коллег | Добавил: unechamuzey (03.05.2017) | Автор:
Просмотров: 97 | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Имя *:
Email *:
Код *: