Наталья Сергеевна Шереметевская (1880-1952), с 1912 года морганатическая супруга Великого Князя Михаила Александровича (1878-1918). По первому браку Мамонтова, по второму – Вульферт, по третьему - Брасова, Романовой стать так и не смогла, но в 1928 году в эмиграции получила титул Светлейшей Княгини. Прекрасно образованная, целеустремленная, элегантная - она не могла не привлечь внимание окружающих, и лишь ее туманное происхождение и независимое поведение не могли не вызвать претензий русской элиты.

    Она родилась в семье успешного московского присяжного поверенного  Сергея Александровича Шереметевского, известного как своей  профессиональной, так и широкой благотворительной деятельностью.

   Ее дед по отцовской линии, Александр Андреевич Шереметевский (1821- 23.12.1885 гг.), был воспитанником Императорского Московского Воспитательного Дома, из сирот, получавших содержание от графа Шереметьева и при выходе фамилию – Шереметевский. То есть, ни роду своего, ни племени своего он мог, скорее всего, не знать, а фамилия эта была своеобразным клеймом, указывающим не только на его сиротство и бедность, но и на высокие умственные способности.     

     Императорский  Воспитательный дом был крупнейшим благотворительным общественным заведением Москвы XVIII–XIX веков, учрежденным императрицей Екатериной II для сирот, подкидышей и детей, оставшихся без попечения родителей. В его циркулярах говорилось: “Принимать в оный детей, кои либо тайно рождены, либо от убогих и неимущих родителей произошли, и через то избавить их от безвременной погибели; воспитать сих детей в пользу государства…». Туда принимали детей в возрасте не старше 2-х лет. Дети принимались анонимно, и привратник не имел права задавать какие–либо вопросы, кроме вопроса о крещении. При поступлении подкидышам  присваивался порядковый номер, указывался их вес и рост. Поэтому и дата рождения младенца Александра в разных источниках указывается разная: 1821 или 1822.  Основной целью Воспитательного дома, как позже написал Н.М. Карамзин, являлось спасение «несчастных младенцев, жертв бедности или стыда, бывших не радостью, но ужасом родителей, отвергаемых миром при самом их поступлении в мир, невинных, но жестоко наказываемых судьбой», спасение «от бури, которая сокрушила бы их при первом дыхании жизни...». Намерения были благие, но при огромном потоке поступающих детей многие из них умирали, не дожив и до года. И на страницах метрических книг можно массово встретить такие: «Питомец Московского воспитательного дома под №15069 Александр по крестному отцу Иванов 7 месяцев. Умер от поноса». Отпет, а затем погребен на общем кладбище, что за Покровскою заставою».

    Младенец Александр, по крестному отцу Андреев сын (позднее Шереметевский), выжил, оказавшись крепким и смышленым ребенком. Как один из одаренных воспитанников, он смог в 15 лет стать студентом физико-математического отделения философского факультета Императорского Московского университета и получить прекрасное образование. В списках студентов 1840-41 учебного  года числится  казеннокоштный студент 2 отделения 4 курса Шереметевский Александр, 19  лет, из воспитанников Московского Воспитательного дома, вероисповедания православного, отмечен хорошим поведением и отличными успехами в науках. В Университете 4-ый год, прежде обучался в Московском Воспитательном Доме.

   Интересно, что в этом же учебном году на разных факультетах и курсах университета обучалось еще семь Шереметевских из того же Воспитательного дома. Они были казенными воспитанниками, учились на счет своего благодетеля, от которого получили фамилию, совершенно не зная своих настоящих родителей и не будучи между собою в родстве. При отличном поведении все они имели хорошие или отличные успехи. А студентом 4 курса юридического факультета был Виктор Апраксин,19 лет,  из дворян, вероисповедания православного, на собственном содержании, прежде обучался в доме родителей. При отличном поведении демонстрировал в науках только «посредственные успехи».  

     Александр Андреевич Шереметевский начал службу в чине титулярного советника в канцелярии Рязанского губернатора  в 1844 году. После получения образования или ремесла бывшие воспитанники имели гарантированное устройство на службу и на протяжении еще 6 лет получали от Воспитательного дома небольшое содержание. По данным «Памятной книжки Рязанской губернии», в 1860 год, он занимал должность старшего помощника правителя канцелярии Рязанского гражданского губернатора действительного статского советника Н.М.Муравьева уже в чине коллежского асессора, а в октябре стал ее правителем. В Комитете Рязанской Публичной библиотеки с 1858 г. по 1862 г.  он заведовал ее секретарской и казначейской частью. Отчеты Шереметевского, печатавшиеся  ежегодно на страницах «Рязанских губернских ведомостей», содержат уникальные статистические и информационные материалы о библиотеке за самый ранний период ее существования.

  В Рязани он женился на Марии Егоровне Фроловой (28.12.1828-18.01.1900 гг.)(миниатюра), дочери знаменитого городского головы Рязани купца 3 гильдии Егора Андреевича Фролова, благотворителя, отца большого семейства. Он также состоял в Комитете по попечительству библиотеки, делал щедрые взносы на книги и сумел оценить деловые качества молодого чиновника.

Фроловы происходили из рязанских мещан. Женитьба предприимчивого Егора  на 16-летней дочери богатого рязанского купца Николая Ивановича Гордеева Прасковье скоро сделала его известным предпринимателем.  

     Гордеевы были потомственными торговцами, известными еще во времена Переяславля Рязанского, имели лавку в малом москотинном ряду на Нижепосадском торге, а в 19 в. торговали панским товаром (мануфактурой и галантереей) в Красных рядах, позднее открыли магазин колониальных и гастрономических товаров в центре Рязани. Егор Андреевич записался в 3-ью гильдию рязанского купечества  и «вскоре удивил горожан своей оборотистостью, нередко граничившей  с мошенничеством». Начав свою активную деятельность в 1841-ом году покупкой с аукциона каменных лавок Гостиного двора, он обустроил в них домовую Сергиевскую церковь для чинов Рязанского гарнизона. Во второй половине 1850-х годов у него во владении уже было несколько обширных городских усадеб с большими домами, которые он купил гораздо ниже их реальной стоимости и сдавал в аренду разным государственным учреждениям. Некоторые из них сохранились в Рязани до наших дней. В старинном каменном здании с колоннами на Владимирской (сегодня Свободы) улице размещается Камерный зал Рязанской областной филармонии. Вскоре Фролов уже первенствовал в торговле «панским товаром» в Гостиных рядах на Астраханской улице.

    В середине 50-х  он получил разрешение на торговлю золотыми и серебряными изделиями. Проявил себя и  активной деятельностью на посту директора Губернского тюремного комитета, пожертвовал тюремной библиотеке 60 экземпляров книг, в одиночку устроил тюремные мастерские, закупил инструменты для плетения арестантами половиков, а также для портных и столяров на сумму 21 руб. 34 коп. К этой деятельности он привлек и своих сыновей. В семейных купеческих лавках были размещены кружки для подаяния в пользу заключенных, обеспечивались хозяйственные нужды мест заключения: закупка продовольствия, аренда помещения для тюремной бани или больницы, контракты на сбыт продукции тюремных мастерских и т.п. 18 ноября 1858 г.  Рязанский тюремный комитет, учитывая инициативность Фролова, представил его на должность Рязанского городского головы, он был пожалован серебряной медалью на Станиславской ленте «За заслуги по службе в тюремном комитете».

    На избрание Фролова городским головой в 1860 году местный поэт и следующий городской голова А.В. Антонов (1825-1893) откликнулся эпиграммой:

Не дивись, что плут великий

Стал [рязанск]им головой.

Ведь и Гришка с год владыкой

Был над русскою землей.

Но проклятью и позору

После выдан был подлец.

Посмотрите – и [Ег]ору

Будет равный с ним конец.

     Спустя три года Фролов попал под суд за незаконные махинации с казенными средствами. Разразился скандал, От тюрьмы его спасло, скорее всего, ходатайство зятя Шереметевского перед губернатором Н.Муравьевым и обращение последнего к управляющему МВД об оставлении у Фролова медали, отмечая заслуги купца на посту директора Комитета. Но, стойко перенеся позор и сумев оправдаться,  в 1873 году он занял должность участкового мирового судьи 1-го участка г.Рязани, камера которого находилась в его собственном доме по Астраханской улице. Неизвестна точная дата его смерти, но еще 10 декабря 1883 года потомственный почетный гражданин Георгий (так в документе) Андреевич Фролов крестил свою внучку Александру Николаевну Трескину в Вознесенской церкви на Гороховой в Москве. В Рязанском музее молодежного движения  хранится негатив с фото Фролова с несколькими знаками и медалями на груди и шее.

      На старом Скорбященском кладбище Рязани самой древней могилой является могила прапрадеда Натальи Брасовой, Андрея Ивановича Фролова, скончавшегося в 1802 году.

В некрополе Фроловых выделялся памятник самому городскому голове - на нескольких мраморных ступенях высится высокая черная мраморная колонна, оканчивающаяся фигурой ангела.

Судя по тому, что эпитафия на могиле его жены «В память моей подруги, доброй и верной супруге» (именно с такой ошибкой), бывшей замужем 33 года,8 месяцев и 25 дней, с «ея здесь лежащими 3 сыновьями,6-дочерями», умершими, по-видимому, младенцами и оставшимися безымянными, сделана самим купцом, он пережил их всех. А Прасковья Николаевна умерла в 50 лет, оставив в живых еще трех сыновей и трех дочерей.

Здесь же покоится ее отец рязанский купец Николай Иванович Гордеев, умерший в 1845 году.

     Подобно А.С.Пушкину, он взял в Москву младших сестер жены Веру и Пелагею и удачно выдал их замуж. Веру Егоровну ( ок.1832 г.р. (миниатюра) – за московского 2-ой гильдии купца Сергея Осиповича Матвеева (1817-1877),у которого  был собственный дом №222 по Крымскому проезду в 3 квартале  Хамовнической части Москвы. В Городской части в Иконном ряду он имел лавку золотых и серебряных изделий, с инициалами «С.М.» на их клейме. Он был хорошим художником – любителем, и его украшения отличались изяществом исполнения и пользовались спросом. Старший сын Николай (19.03.1755 – 11.04.1839)(фото) стал известным художником,  членом Общества исторических живописцев. Его картины экспонируются сегодня в Государственной Третьяковской галерее в Москве, а также в ряде других музеев России и мира. В 1916 году ему позировал Великий Князь Михаил Александрович для портрета, местонахождение которого неизвестно. А в 1879 году написал портрет отца, оставив подпись « Портрет отца моего». У Матвеевых родилось еще восемь  детей: Елена,1857 г.р., Сергей,13.01.1860 г.р., Дмитрий,17.05.1862 г.р., Юлия,7.02.1864 г.р., Анна,1875 г.р., Александр,31.07.1866 г.р., Владимир,15.07.1868 г.р., Алексей (16.05.1871-1952 ) Оставшись молодой вдовой, Вера Егоровна вместе с дочерями  Еленой,36 лет, Анной,25 лет,и Юлией,19 лет, стала  членом торгующего купечества « по званию умершего мужа». Жила на Зубовском бульваре в собственном доме. Умерла 23 августа 1913 года от катара почек в возрасте 81 года.

     Самая младшая сестра  Прасковья Егоровна Фролова с 12 лет жила в Москве у старшей сестры Марии - между ними было почти двадцать пять лет разницы - в здании Воспитательного Дома, где и вышла замуж  за педагога, непосредственного помощника зятя, коллежского асессора Николая Алексеевича Трескина (5.06.1838-20.05.1894 гг.). Сын генерала, после окончания Санкт-Петербургского университета он  некоторое время служил инспектором народных училищ в Рязанской губернии, а позднее, в 1875 году, занял должность директора учительской семинарии Московского Воспитательного дома, по закрытии семинарии - с 1886 г. служил цензором в Московском Цензурном Комитете. Занимался литературой, писал книги для народного детского чтения и перевел несколько исторических сочинений. Ему был 31 год, а Пелагее-18.Свадьба состоялась 21 мая 1871 года. Поручителями молодых были: студент  2 курса юридического факультета ИМУ Николай Александрович Шереметевский и брат жениха капитан-лейтенант 7-го флотского экипажа (по жениху), родной отец невесты рязанский купец Егор Андреевич Фролов и ее зять коллежский советник Александр Андреевич Шереметевский.

У Трескиных родилось 8 детей, которым Наталья Брасова, как и Матвеевым, приходилась внучатой племянницей: Николай (22.05.1872-9.03.1906), Алексей,11.10.1873 г.р., П авел (10.05.1876-25.09.1916 гг.), Поликсения (8.05.1878-18.02.1894), Михаил,14.09.1880 г.р. , Александра,10.12. 1883 г.р., Ольга (2.02.1886 г.р., в замужестве Маргаритова), Леонид (11.01.1888-26.06.1957)(фото), Мария,4.09.1891 г.р.  С Павлом Трескиным, которого Великий Князь хотел сделать своим адъютантом, и Леонидом, полковником лейб-гвардии Волынского полка, героем Первой мировой войны, Михаил Александрович и Наталья Сергеевна очень дружили.

 Портреты супругов Фроловых,  прадедушки и  прабабушки  Натальи Сергеевны Шереметевской, ее бабушки Марии Егоровны, бабушкиной сестры Веры Егоровны Матвеевой, их братьев Афанасия и Павла Егоровичей Фроловых (миниатюры, писанные акварелью на кости) хранятся сегодня в Государственном бюджетном учреждении культуры Московской области «Коломенско-Зарайский государственный музей-заповедник».

     Фроловы, Матвеевы, Трескины- тети, дяди, кузены и кузины- окружали  Шереметевских и в Москве, куда они перебрались в начале 60-х годов. В окружении этой многочисленной  московской полукупеческой-полудворянской родни оказался позднее Великий Князь Михаил Александрович.

    У Александра Андреевича и Марии Егоровны Шереметевских  было семеро детей: Николай ( 1849 -30.08.1912 г.), Сергей (1852-1939), Надежда (1854 – 28.11.1872 гг.,), Любовь, Вера (1860 г.р., в зам.Смирнова), в Москве родились: Мария (3.06.1863 г.р., в зам.Гамунецкая), Алексей (20.07.1865-17.06.1892,от скоротечной чахотки). Мария была крещена 5 июня в Екатерининской церкви при Московском Воспитательном доме. Ее восприемниками были : московский потомственный гражданин Алексей Иванович Хлудов и ее тетя жена купца 3 гильдии Вера Егоровна Матвеева. Интересно, что муж Марии Александровны подполковник Владимир Петрович Гамунецкий в начале 90-х годов служил в Брянском Арсенале,  и их дочь Елена родилась в Брянске 17 марта 1892 года.

      Александр Андреевич Шереметевский получил в Москве должность объезжего надзирателя при воспитании детей в деревнях Воспитательного дома, с 1 февраля 1869 г.- чин коллежского советника и должность инспектора. Дело в том, что только  500 подкидышей-счастливчиков оставались на воспитании в  воспитательных домах, остальные же до трех лет росли  по деревням вокруг столицы у кормилиц в крестьянских семьях  за определенное содержание. Среди них смертность тоже была высокой, и крестьяне, чтобы эти деньги не потерять, подчас подменяли умерших подкидышей своими детьми, просто надев им на шею шнурок с номером усопшего. Почти все рабочее время проводя в разъездах, ему приходилось заботиться и о собственной растущей семье.

        Шереметевские жили  на казенной квартире в здании Воспитательного дома на Солянке. В 1865 году  многодетный отец обратился в Управление  Домом с просьбой  о подкреплении своего ходатайства об устройстве дочери Любови в Николаевский сиротский дом экстерном, но оно сочло себя не в праве его подкреплять, указав, что  хотя Шереметевский «по службе и весьма полезен и обременен многочисленным семейством», но из-за кратковременности его службы в этой должности, «он не вправе испрашивать для себя исключение из правил».

      Согласно «Памятной книжке разных учреждений г. Москвы» за 1873 год, коллежский советник Александр Андреевич Шереметевский служил начальником округа Императорского Московского Воспитательного Дома  и жил с семьей в Хамовнической части,2-ом квартале по Неопалимовскому переулку в собственном доме. 5 января 1880 года был удостоен чина действительного статского советника, а 18 сентября 1881 года, согласно Высочайшему  Указу по Ведомству учреждений Императрицы Марии, уже помощник Управляющего Воспитательным домом был назначен чиновником особых поручений при Почетном опекуне, затем Управляющим, а 3 июля1881 года после переименования названия должности – «Директором сего Дома».  6 ноября 1882 года подал прошение и был отставлен от службы в чине действительного статского советника с мундиром, «должности присвоенным». Умер он  1 октября 1885 в Москве «от воспаления в кишках» и был похоронен на Дорогомиловском кладбище. В 63 года закончился земной путь выдающегося  человека своего времени, безродного сироты, своим умом и усердием достигшим высот карьеры  и дворянского титула.

Отец Натальи Брасовой  Сергей Александрович  Шереметевский (фото в молодости) родился в Рязани. Окончил 4-ю Московскую гимназию, которая находилась в знаменитом доме-комоде С.С. Апраксина на Покровке. Думал ли он тогда, что доведется ему побывать и в бывшем апраксинском поместье  в Брасове, а его дочь станет практически  хозяйкой этой усадьбы?! 

Годом раньше ее окончил его старший брат Николай и будущий Главноуправляющий имением Брасово Николай Клинген (с серебряной медалью). В 1874 году Сергей Шереметьевский кончил курс по юридическому факультету  Московского университета и в том же году вступил в ряды присяжной адвокатуры, приписавшись к присяжному поверенному И.Х.Волкову и, по истечении 5-летнего стажа, в 1881 году был зачислен присяжным поверенным. Он открыл свою юридическую контору. Его помощниками в разное время были: Маттерн Евгений Эмилиевич (1883\92 гг.), Воскресенский Николай Егорович(1896\1901), Абрикосов Борис Иванович (1902\03), Войткевич Виктор Владимирович,1878 г.р.(1902\07), Куров Николай Николаевич (1906\ 09), Джанумов Григорий Степанович(1906\08), Энгель Николай Матвеевич и др. Член Совета присяжных поверенных, присяжный поверенный Округа Московской судебной палаты и присяжный стряпчий при Московском коммерческом суде. Стал доверенным лицом промышленников Рябушинских, представлял семью Бахрушиных  в ведении их судебных дел. Был одним из душеприказчиков М.А.Хлудова при строительстве детской больницы на его деньги, оставленные им по завещанию, часто и сам жертвовал денежные средства на благотворительные цели. В Московской городской Думе  был председателем комиссии по составлению проекта по  преобразованию существующего порядка пользования чиншевыми (находящимися в вечной или наследственной аренде участками). Состоял в Комитете Главного попечительства детских приютов и Канцелярии по управлению детскими приютами С.Е.И.В. Канцелярии по учреждениям императрицы Марии. Почетный член Московского совета детских приютов Ведомства учреждений императрицы Марии. Член отделения Русского технического общества. Представлял интересы Московского художественно-фотографического общества.

   29 января 1875 года в селе Никольском Вяземы тож в Спасо-Преображенской церкви Звенигородского уезда состоялось венчание «титулярного советника Александра Андреева Шереметевского сына, удостоенного юридическим факультетом Императорского Московского  Университета  степени кандидата прав, Сергея Александровича Шереметевского, православного вероисповедания, первым браком,23 лет, с дочерью умершего дворянина коллежского секретаря Вячеслава Александровича Свентицкого -девице Юлии Вячеславовне, православного вероисповедания, первым браком, 21года». Поручители: по жениху: коллежский секретарь Константин Иванович Шереметевский, учитель Вязниковской народной школы  Владимир  Иванович Святозерский, а по невесте:Федор Лотарович фон-Вендрих и крестьянин Тамбовской губ. Шацкого у. д. Александровки Никита Афанасьевич Жилкин.

   Юлия Свентицкая  родилась 5 мая, а была крещена 11 мая 1854 года в Николаевской, что на Щепах, церкви в Москве. Молодая семья дворянина коллежского секретаря Вячеслава (Владислава) Александровича и Натальи Ивановны Свентицких жила в доме дьячка этой церкви. Восприемниками ее при крещении были: надворный советник Николай Михайлович Ракитин и жена провизора Андрея Андреевича Беккера Александра Ивановна. Возможно, сестра Натальи Ивановны. Потому  что позднее  их правнучка Наталья Брасова будет очень дружна с семьей художника Николая Николаевича Беккера, который в 1916 году будет писать интерьеры ее дома в Гатчине

    Свентицкие происходили из старинного польского рода, верой и правдой служившего русскому царю. Карл Ефимович Свентицкий в документах конца XVIII века назван «польской нации белорусским шляхтичем». Белорусские и малороссийские шляхтичи уже в XVI веке в основном полонизировались, но те, кто сохранил православие, переселялись в Россию. Карл Ефимович поселился в Москве, в Сретенской части, во 2 квартале, под №188 в собственном доме. По  Исповедной ведомости 1797 года , он имел жену Марию Степановну,34 лет, и троих  сыновей: поручика Мартына,19  лет,  Александра ,13 лет. Алексея ,7 лет. С ними жили : тесть московский купец Степан Петров, теща Екатерина Дмитриевна, оба 64 лет, двадцатилетняя племянница  Надежда Петровна Фонгартен, свояк Петр Степанов,39 лет, и позднее двое его сыновей. В доме жил также управитель Денис Зиновьев с женой, две служанки и семья квартиранта - московского купца Михайлова с женой и сыном. Сам Карл Ефимович в исповедные ведомости православных церквей не записан. Были  у Свентицких и другие дети: Николай (1791-1795), Екатерина,1795 г.р., Надежда,1797 г.р., Дмитрий,1798 г.р., будущий генерал-лейтенант Андрей (1799 – 08.03.1873), Ольга,1900 г.р.

       Потомство старшего сына Мартина (Мартына) Карловича Свентицкого записано в Дворянские родословные  книги Тульской (2.1831) и Калужской губерний. Известны его сыновья Авдей (ок.1811-2.08.1880, 69 л., отставной титулярный советник, бездетен, пог.кл.Алексеевского монастыря), Кир, Алексей (ок.1809 -18. 06.1866. пог.Сковоротыня Ржев.у.), штабс-капитан 57 л).,  Лев.

   Александр Карлович Свентицкий,1784 г.р., был помещиком сельца Марьино Марфино тож на речке Медуха в Боровском уезде Калужской губернии. Он с потомством был записан в Дворянскую родословную книгу Калужской губернии.  Сельцо ранее было государственным, потом за службы дано Безобразовым, а они продали его Свентицким. В Марьино было 12  дворов, в них 68 жителей, церковь православная деревянная Успения Пресвятой Богородицы находилась в соседнем селе Субботино. И помещицы Свентицкие-Варвара Ивановна и Ольга Карловна- всегда упоминались между достойными и незабвенными благотворителями и устроителями этого храма, отличавшимися особенною добротою и щедростию к церковному причту. В 1812 г. сельцо записано за «губернским секретарем Александром Карловым, сыном Свентицкаго», так же, как и дом в Москве, в котором по 6 ревизии числится один дворовый, умерший еще в 1804 году. В 1844 году он был чиновником 8 ранга, т.е. коллежским асессором.

    Его жена, упоминаемая выше Варвара  Ивановна, ок.1890 г.р., была дочерью отставного подполковника Ивана Матвеевича Ситникова и Мавры Егоровны, урожденной Мануковой, помещиков Подольского уезда Московской губернии. К 1799 году Мавра Егоровна уже была вдовой с пятью детьми: дочерями Ольгой, Евдокией, Александрой, Варварой и сыном Иваном. Варвара была младшей дочерью. После смерти матери она унаследовала с.Сатино и часть д.Курилово в Подмосковье. Она и стала женой Александра Карловича Свентицкого. Но жила она в имении мужа Марфино, объединив  вокруг себя Свентицких, Мануковых, Ахматовых, Барятинских,Халютиных  и оставив о себе добрую память у родных и крестьян.

   Свентицкий Андрей Карлович (1799-8.03.1873), командир Сибирского гренадерского (гренадерского Его Императорского Высочества Великого Князя Михаила Павловича-18.11.1843 – 21.03.1852 , гренадерского Его Императорского Высочества Великого Князя Николая Николаевича) полка, командир 1-й бригады 12-й пехотной дивизии  запасной бригады 6-й пехотной дивизии-21.03.1852 – 02.02.1854, генерал-лейтенант (26.04.1860), в отставке с 26.04.1860 года, кавалер ордена Св. Георгия IV ст.(26.11.1857). Умер 8 марта 1873 г. в Ораниенбуме.Его сыновья  вписали свои имена в историю России: Александр, 1851 г.р., был начальником Забайкальской железной дороги в годы Русско-японской войны. Сергей ( умер 1914) - инженер; преподаватель московского Александровского военного училища. Муж Марии Хрисанфовны Свентицкой(1855–1932), замечательного педагога-гуманиста, видной деятельницы дошкольного воспитания и начального обучения.

   Казалось бы, родословная роспись этого шляхетского рода Свентицких идеально подходит к  происхождению «наших Свентицких». Но в Дворянской родословной книге Тульской губернии дедом Юлии назван подпоручик Александр Михайлович Свентицкий, в войну 1812 года - ополченец Московской военной силы, участник сражения при Бородино, в 1827 г.- титулярный советник, а его женой –Надежда Яковлевна Ханыкова, дочь лихвинского предводителя дворянства. Но его предков установить не удалось, ее в родословной росписи Ханыковых тоже нет. У них три сына : Вячеслав,1819 г.р., Владимир,1820 г.р., и Николай,1823 г.р. У Вячеслава Александровича пятеро детей: Александр,1848 г.р.,Иван,1850 г.р.,Николай,1856 г.р., Павел,1857 г.р. и дочь Юлия,1856 г.р.

   По метрическим книгам церквей г.Москвы известны четверо детей у Вячеслава (Владислава) Александровича Свентицкого. Имена двух из них :Юлии и Николая- совпадают с именами в Дворянской книге. 24 апреля 1844 года у живущего в доме Батова  служащего в Палате Уголовного суда тогда коллежского регистратора  родилась дочь Любовь. Ее восприемниками были: отставной коллежский асессор Павел Яковлевич Баскаков  и умершего подпоручика Димитрия  Михайловича Евреинова  вдова Любовь Александровна. Дочь  Софья, ок.1846 г.р., умерла в 1853 году в детской городской больнице от антонова огня в возрасте 6 лет. Дочь Вера, ок.1847 г.р., прожила долгую жизнь, служила надзирательницей Хлудовской детской больницы и умерла девицей от воспаления легких в 1912 году в возрасте 65 лет. 2 марта 1856 года в законном родильном госпитале родился их младший брат  Николай. Его восприемниками были те же крестные, что и у Юлии.

Продолжение следует...