»
11:03
Железнодорожные династии - гордость Унечи!

В нашей стране немало городов и поселков, вся жизнь которых связана с ж/дорогой. Унеча как раз из таких городов. Изначально возникнув как станция, она и сейчас является крупным железнодорожным объектом с многочисленными подразделениями. И железнодорожники – главная и одна из самых уважаемых профессия в городе.

Накануне любимого для Унечи праздника – Дня железнодорожника, ставшего нашим Днем города, мы публикуем цикл статей, посвященных железнодорожным династиям – людям, чьи семьи в нескольких поколениях посвятили себя работе на ж/дороге, чьи фамилии стали символом профессии, верности раз и навсегда выбранному пути.

Конечно, рассказать обо всех ж/д династиях Унечи невозможно. И даже их перечисление займет достаточно много времени. Но мы в нашем музее стараемся собирать максимально полный материал о них. И по возможности представлять его широкой общественности.

Первая статья из цикла посвящена одной из старейших железнодорожных династий Унечи - семье Автушенко-Гореловых-Рачковых.  В их семье 19 железнодорожников!

 

Е.Н.Горелова. Судьбы моей простое полотно…

(из истории рабочей династии железнодорожников Автушенко – Гореловых – Рачковых)

История моей семьи на протяжении нескольких поколений связана с железной дорогой. «Железка», словно живое существо, дала жизнь нашему городу - Унече, подарила работу многим его жителям, в том числе мне и моим близким.

Сегодня Унеча – вторая по величине железнодорожная станция в области после Брянска. А в конце XIX века здесь стеной стоял непроходимый лес, перемежавшийся топкими болотами. В сентябре 1885 года на трассе от Брянска до Гомеля начались работы по строительству железной дороги. Из разных мест сюда потянулись люди, в основном крестьяне, не так давно получившие свободу. Среди них был и мой дед - Автушенко Федос Григорьевич. Жить и работать приходилось в тяжелых условиях. Все делалось практически вручную.

Спустя два года, 8 (20) августа 1887 года был подписан акт о приеме в эксплуатацию шестого участка Полесских железных дорог. Этот день и считается официальной датой основания города Унечи.

К моменту пуска станции в Унече насчитывалось не более двух десятков дворов, а к 1917 году здесь проживало уже не менее 700 человек. Сегодня унечское население составляет более 25 тысяч.

Таким образом, роль железной дороги в развитии нашего города переоценить трудно. Думаю, что если бы не строительство железнодорожной магистрали, то мелкое поселение Унеча к настоящему времени уже прекратило бы свое существование, как это произошло с многими мелкими деревнями, сёлами и хуторами России. Поэтому всей своей историей Унеча обязана именно железной дороге

Нужно ли говорить, что основным занятием большинства унечцев на протяжении многих лет была работа на железной дороге. Не зря же Унечу называют городом железнодорожников.

Стал железнодорожником и мой дед. По окончании строительства в родную деревню он не вернулся, а начал трудиться путевым обходчиком на станции Коробоничи. Его жена - Автушенко Анастасия Ивановна (моя бабушка) - работала сторожем на переезде.

Это истоки нашей железнодорожной династии, насчитывающей 24 человека, общий стаж работы которых на стальных магистралях Родины составляет 508 лет!

Помню из детства рассказы деда о том, как жители Унечи ходили (как на праздник!) встречать и провожать поезда. Как медленно двигались поезда, состоящие из трёх-четырёх словно игрушечных вагончиков, которые тащил такой же маленький паровозик. На остановках поезд стоял очень долго: паровозику надо было отдохнуть. Озорные мальчишки соскакивали на ходу, шли рядом с поездом, рвали цветы для своих девушек и легко догоняли ушедший вперед состав. Как стали приезжать в Унечу, Рассуху и другие поселения люди из разных мест, среди которых было немало предприимчивых и трудолюбивых евреев-мастеровых, торговцев. С ними семья Автушенко всегда была в самых добрых, соседских отношениях (хотя антисемитизм существовал, дело доходило даже до погромов). Как в период Первой мировой войны и Революций 1917 года на станциях появились раненые, эвакуированные, возвращавшиеся из Германии и Австрии пленные. Это было страшное зрелище. А ещё хлынули «мешочники» с сахаром, мукой, ландрином. Процветали спекуляция, бандитизм…

Дедушка со всей семьёй до 1918 года жил в железнодорожной будке недалеко от станции Коробоничи, а дети за несколько километров пешком ходили в школу в Павловку. Дед и его сыновья были работящими и экономными, что позволило накопить денег на строительство дома в Рассухе. Дом у деда был хороший, просторный. Рядом с домом - гумно, овин, где сушили зерно. В хозяйстве были лошадь, корова, овцы, птица. У дедушки была большая колода для пчёл, таких я больше не видела ни у кого. А ещё у него было много голубей, несколько сотен. И, конечно, земля: не пустовал ни один, даже самый маленький, кусочек. Работали все от зари до зари. И нашлись завистники. Жаль, что это были люди, которым дед доверял. Он сдавал комнату рабочим завода, который существовал в Рассухе ещё с дореволюционных времён. А заводчане жили беднее, чем работники железной дороги, их зарплаты были существенно ниже. Да и, видимо, не очень уж трудолюбивыми оказались квартиранты деда. Зато очень завистливыми. Нажаловались властям – кулак, мол, наш хозяин. И раскулачили деда: забрали лошадь, корову, зерно. Многие были возмущены: «Какой же ты кулак?! Работаешь, не покладая рук! Людям помогаешь! Надо жаловаться!» Земляки уважали деда за грамотность, рассудительность, трудолюбие, доброту. И поехал он в волость, в Клинцы. И разобрались ведь, по справедливости! Семье вернули корову, лошадь и зерно, остальное уже растащили. Надо сказать, что дед никогда не держал зла на советскую власть. Говорил, время было такое, трудное, ошибок не избежать…

У моего дедушки была большая семья: шесть сыновей и дочь Евдокия Федосеевна Автушенко (по мужу Коношенко). Все сыновья Федоса Григорьевича и зять Коношенко работали на железной дороге. Скажу несколько слов о сыновьях моего деда, родных братьях моего отца.

Автушенко Иван Федосеевич (мой дядя) в 1913 году окончил Гомельское железнодорожное училище. Начал работать на железнодорожном транспорте в качестве техника дистанции пути с 11 апреля 1918 года. Трудился в Унече, Сураже, Брянске.

Несмотря на войны и революции, станция Унеча активно развивалась. Грузопоток увеличивался. Начали работать новые корпуса депо и мастерские. Было построено новое помещение станции, водокачка паровозного депо. В 1940 году Унеча получает статус города – население достигло 15 тысяч человек. Решающую роль в этом сыграла железная дорога.

В годы Великой Отечественной войны Иван Автушенко был на фронте - начальник путевой колонны «ГАРЕМ 15», которая занималась восстановлением железных дорог после налётов вражеской авиации и артиллерийских обстрелов противника. Ему было присвоено звание инженер-лейтенанта пути и строительства. Был награждён медалью «За Победу над Германией», нагрудными знаками «Отличный восстановитель», «Отличный строитель». Но самая большая гордость всей нашей железнодорожной династии это высшая награда Родины – орден Ленина, которым был удостоен дядя в 1951 году! После войны он вернулся в Унечу на прежнее место работы, а перед пенсией работал мастером на станции Рассуха.

Автушенко Михаил Федосеевич (мой дядя) по окончании гимназии работал на разных должностях. В 1917 году был телеграфистом и принимал телеграммы, в том числе от самого вождя пролетарской революции В.И. Ленина, чем гордился всю жизнь. Потом был дежурным по станции, начальником станции. Помню, как ребёнком бегала на станцию к своему дяде-дежурному, смотрела, как тот поднимал то красный, то жёлтый флажки, отдавал различные распоряжения. Медленно опускалось крыло семафора. А я мечтала так же стоять и смотреть вслед убегающему поезду…

В 1937 году дядя был репрессирован, но после ареста Ежова его реабилитировали. В годы Великой Отечественной войны он служил начальником подъездной ветки в Архангельске.

Автушенко Пётр Федосеевич (мой дядя) работал маневровым диспетчером.

Автушенко Алексей Федосеевич (мой дядя) работал дежурным по станции.

Автушенко Григорий Федосеевич (мой дядя) в юности тоже работал на железной дороге, но потом стал кадровым офицером. Ушел в отставку в звании полковника.

Конечно, главная заслуга в том, что я связала свою жизнь с железной дорогой, принадлежит моему любимому отцу - Автушенко Никите Федосеевичу. Папа родился в 1901 году, открывавшем новый XX век, что всегда считал символичным. Работать он начал рано - в 13 лет. Это случилось в 1914 году, когда началась Первая мировая война. А ушёл на пенсию в 1961 году, открывшем эру полётов человека в космос. Всю свою жизнь он проработал в Унече, без малого полвека! Для него вся Вселенная заключалась в его родном городе, на родной «железке».

Папа женился в 1923 году. Вместе с молодой женой он жил в железнодорожной будке, в которой когда-то жил и его отец. В этом маленьком, не приспособленном для жизни, помещении родились все мы, дети Никиты Автушенко: Фёдор, 1925 г., я, Елизавета, 1926 г., Павел, 1928 г. и Анастасия, 1929 г. Лишь в 1929 году семья переехала сначала на станцию Коробоничи, где отец наконец построил дом, а потом в Рассуху, куда этот дом перенесли, так в Коробоничи не было школы и нам надо было ходить в Павловку.

За добросовестный, самоотверженный труд у  папы было много разных наград: нагрудные знаки, грамоты, благодарности. Но особо он гордился именными часами, вручёнными ему лично наркомом путей сообщения Л.М. Кагановичем. Это случилось в 1937 году. Папа работал составителем поездов. Он перегонял маневровый паровоз и увидел, как пассажирский поезд принимают на занятый путь. Казалось, крушение было неизбежно. Но отец, рискуя жизнью, на ходу соскочил со своего паровоза, бросился навстречу приближающемуся поезду и чудом успел перевести ручные стрелки, направив пассажирский на свободный путь. За проявленную бдительность, личную смелость, точные действия, предотвратившие крушение пассажирского поезда, Каганович и премировал его именными наркомовскими часами и деньгами в размере 300 рублей – очень приличная сумма по тем временам!

Когда началась война, папа по-прежнему работал составителем поездов. После вражеских бомбежёк дорогу быстро восстанавливали и отправляли поезда на станцию Брянск. Работали днём и ночью. Но вскоре путь на Брянск был отрезан. Последний поезд перед приходом захватчиков формировал мой отец, но отправили его уже не на Брянск, а на станцию Хутор-Михайловский. Сам отец уехать не успел и остался в оккупации.

С августа 1941-го по сентябрь 1943-го гг. наша родная Брянщина находилась под немецко-фашистской оккупацией. Мой отец работал на пути от станции Рассуха до станции Жудилово. Там был густой лес, который немцы, боясь партизан, вырезали, но всё равно почти каждый день были взрывы на железной дороге. Однажды, придя на перегон, бригада отца нашла неразорвавшуюся партизанскую мину. Им удалось незаметно от немцев спрятать её в балласте, а потом взорвать. Ещё один немецкий эшелон был пущен под откос. После этого фашисты ужесточили контроль за работой путейцев, водили их на работу под конвоем, ночевали на сенобазе в Унече. Но взрывы на железной дороге продолжались…

Я, Горелова (ур. Автушенко) Елизавета Никитична, 1926 г.р.,  помню войну так, как будто это было вчера. Весь этот ужас «нового немецкого порядка». До войны я окончила 7 классов. Никогда не забуду, как нас, 15-летних девчонок, схватили прямо на улице полицаи и заперли в каком-то тёмном помещении без окон. Мы просидели всю ночь, а утром нас повели на допрос. Но у нас был хороший староста, он нас выручил, что едва не стоило ему жизни. После этого мы практически не выходили из дому на улицу.

Мы жили рядом со станцией и видели, как наших военнопленных зимой возили на открытых платформах в лагеря Польши и Германии. Много солдат погибало в пути, их тела на ходу сбрасывали с платформ. Несмотря на голод, мы часто бросали пленным хлеб на платформы прямо на ходу, а сами прятались под откос.

Наш дом был крайним в посёлке. С одной стороны – железная дорога, с другой – болото. К нам часто заходили и знакомые, и незнакомые люди, мы знали, что делается в округе. Приходили к нам и партизаны. Мои братья рассказывали им все новости. Немцы очень боялись партизан, и каждый день проверяли железнодорожное полотно. Часто немцы заходили к нам в дом отдохнуть и дождаться другой бригады, которая придёт им на смену. Партизаны знали об этом, и в то время, когда немцы были в доме, подкладывали мины на рельсы. 

На нашей станции Рассуха было пять путей, на каждом стояли поезда. Наши самолёты регулярно их бомбили. 18 апреля 1943 года, во время очередной бомбёжки немецких эшелонов советской авиацией, бомба попала в наш дом, всё сгорело: дом, сарай с курами, коровник. Правда, корова-кормилица спаслась. Остался только погреб, в котором мы и жили, часто ночевали в деревне Водвина. По одному бревну возили из леса для строительства дома. Было очень тяжело…

Приближался фронт, наше освобождение. Мы ушли в лес, чтобы спастись в период боёв. Когда немцы отступали, они ничего не оставляли, всё уничтожали: подожгли завод, взорвали все рельсы железнодорожного пути, сожгли станцию и жилые дома. В лесу мы переходили с одного места в другое: боялись нарваться на фашистов. В одном месте всё же наткнулись на них, но на наше счастье вдоль дороги рос высокий кустарник, в котором мы и притаились, а когда немцы прошли, спрятались в лесу, где и заночевали. А на утро пришли мародеры и под предлогом, что мы партизаны, забрали всё, что у кого было, сняли обувь. Мне удалось спрятать кусочек хлеба и баночку масла. Моя младшая сестра часто вспоминает, что я не давала ей есть в лесу. Но я понимала: неизвестно, сколько мы пробудем в лесу, и поэтому делила хлеб по 50 граммов на день.

В лесу мы пробыли четыре дня, пока не услышали, что взрывы уходят всё дальше и дальше. Советские войска освободили станцию Рассуха и продвигались к Унече. Наша семья собралась дома, мы вернулись в Рассуху вместе с освободителями. Станция встретила нас трупами и пожарищами. Всё сгорело: вокзал, завод, дома, почта. Стояли обугленные трубы, убитые горем люди бродили по пепелищу…

Мы все пошли работать на восстановление разрушенного. Я работала на расчистке завода: разгребали сгоревшее и наводили порядок. Часто, по просьбе военных, помогали грузить снаряды в вагоны, но никто ни разу не отказался идти, хотя было тяжело и опасно.

Меня пригласили работать в банк и учиться, но, когда я пришла оформляться, мне отказали, т.к. я не была комсомолкой. Тогда я решила идти в 8 класс учиться, но отучилась всего 3 месяца. Мне исполнилось 18 лет, и в феврале 1945 года я устроилась весовщицей на железную дорогу, где проработала в разных должностях до выхода на пенсию в 1986 году.

После войны жили трудно и бедно: носить было совершенно нечего. Даже от парней прятались, т.к. стыдно было. Но железная дорога нас не оставила в беде: нам выдали шинели, которые мы берегли и носили только на выход. По талонам стали давать одежду, появился материал: крепдешин, маркиз и другие виды тканей. Мы стали шить красивые платья. В 1947 году был большой голод, мы выжили только благодаря карточкам на хлеб, которые нам выдавала железная дорога.

В 1954 году я поехала на год учиться на дежурного по станции в Киев. Это было самое хорошее время в моей жизни. Мы учились, ходили в театр, кино, музеи, гуляли по Крещатику, ездили работать в колхоз. После учебы я вернулась на станцию Унеча. Коллектив встретил радушно. Люди у нас замечательные – добрые, отзывчивые, трудолюбивые, добросовестные. Стала дежурной по станции. Возможно, и до выхода нпенсию трудилась бы я в должности дежурной по станции, но однажды производственная необходимость заставила временно перейти на операторскую работу. Поначалу не соглашалась на уговоры, не хотела оставлять полюбившуюся профессию. Но выручать коллектив тоже надо было. И я согласилась. Да так и осталась на операторском месте.

41 год проработала я на железной дороге, была наставником молодёжи. Старалась работать хорошо. Была передовиком производства, ударником коммунистического труда, победителем соцсоревнования, отличником соцсоревнования на железной дороге, имею более 50 благодарностей, нагрудный знак «Отличный движенец», награждена ленинской юбилейной медалью «За доблестный труд», медалью «Ветеран труда». Товарищи по работе оказали мне честь, избрав депутатом горсовета.

Мои братья, Автушенко Фёдор Никитович (на фото), Автушенко Павел Никитович, сестра Автушенко (Мищенко) Анастасия Никитична, её муж, Мищенко Григорий Васильевич, тоже связали свои судьбы с железной дорогой.

Надо ли говорить, что и мой любимый, к сожалению, ныне покойный муж, Горелов Михаил Лукич, трудился на железной дороге ровно полвека, с 1944 по 1994 гг. Будучи слесарем – ремонтником, неоднократно премировался за рационализаторские предложения, первые места в соцсоревновании. Награжден медалями «За доблестный труд в годы Великой Отечественной войны 1941-1945» и «Ветеран труда».

Вопроса с выбором профессии у наших дочерей, естественно, не было никогда. Рачкова (ур. Горелова) Людмила Михайловна, окончив железнодорожный техникум в Брянске, вернулась в родной город Унеча, где работала дежурной по станции с 1981-го по 1998-й гг., а потом - до выхода на пенсию - в техконторе. Долгие годы она возглавляла профсоюзный комитет станции Унеча. Её муж, Рачков Анатолий Николаевич, до сих пор работает помощником машиниста.

Вторая дочь, Горелова Анна Михайловна, окончила институт железнодорожного транспорта и работает в городе Воронеже.

Думаю, вы уже догадались, чем занимаются мои внуки. Правильно! Они тоже железнодорожники! Оба работают на Московской железной дороге.

Внучка, Рачкова (Матушайтис) Анастасия Анатольевна, по окончании Московского института инженеров транспорта работает инженером по обучению кадров ПЧ-51 Брянской дистанции пути. Её муж, Матушайтис Дмитрий Александрович, трудится вместе с ней.

Мой внук, Рачков Михаил Анатольевич, получив высшее образование в Московском институте инженеров транспорта, работает инженером сетевой путеобследовательской станции №025, осуществляет контроль качественной оценки пути по регионам России.

Они очень гордятся своей потомственной железнодорожной профессией и стараются не уронить чести семейной династии Автушенко – Гореловых – Рачковых. Очень высокая ответственность - быть представителем такой РАБОЧЕЙ ДИНАСТИИ!

… Не так часто, как хотелось бы, но наша большая семья собирается в моём доме в Унече. Бывает, до двадцати человек родственников съезжается – и все железнодорожники! То-то разговоров, обмена впечатлениями, новостями! Просто какой-то железнодорожный конгресс!

Да, крепкие корни дал роду потомственных железнодорожников мой дед Федос Григорьевич Автушенко, настоящую династию взрастил! Уверена, что она продолжится в моих любимых правнуках Александре и Данииле, в их детях, внуках и правнуках!

Просмотров: 101 | Добавил: | Теги: ст.Унеча, Железнодорожные династии Унечи, унечские железнодорожники | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Имя *:
Email *:
Код *: