»
15:46
Живая узница Освенцима

27 января весь мир отметил Международный день памяти жертв Холокоста. Именно в этот день в 1945 г. советскими солдатами был освобожден один из самых страшных немецких концлагерей Освенцим (Аушвиц).

Немногие знают, что в нашем городе проживает женщина, пережившая ужасы Освенцима. Это Зимина Елена Алексеевна. Мы -директор музея Голик Н.А. и лектор -экскурсовод Арещенко Т.Н. - напросились к ней в гости, поздравить с очередной годовщиной освобождения.

На всю ее долгую жизнь, а в марте Елене Алексеевне исполнится 94 года, с ней остались тяжелые воспоминания и лагерный номер на руке – 40811. Как не властно время над этим номером, так не властно оно и над человеческой памятью. Елена Алексеевна помнит все до мельчайших подробностей, как будто это было вчера. Вот ее рассказ:

«Родилась я в 1924 году в селе Красновичи Унечского района. В семье было 11 детей, четверо умерли в детском возрасте. В 1935 году семья перебралась на станцию Унеча. К 1940 году я закончила 6 классов (пошла поздно, переростком).

Когда началась война и пришли немцы, нас стали гонять на разные работы, в основном, рыли окопы, грузили уголь.

С 1942 года немцы стали отправлять молодёжь в Германию. В марте в очередную партию попала и я. Ехали в товарном вагоне, практически ничего не ели и не пили. Нас привезли в Восточную Пруссию, распределительный отдел был в Дрездене.

Попала я в частное хозяйство, хозяина звали Пауль. Выполняла разные работы по хозяйству: ухаживала за скотом, работала в поле, полола сахарную свеклу, хозяин делал из неё патоку. Жить было очень тяжело, часто голодали.

Весной 1943 года мы с украинкой Галей не выдержали и убежали от хозяина. Опять попали в распределительный отдел в Дрездене, встретили там Пауля, хозяина, он уговаривал вернуться, мы, на свою беду, отказались и прямо из этого отдела попали в концлагерь. Ехали в поезде, в купе была давка, ни выйти, ни вздохнуть. Вонь стояла страшная. Куда едем – не знали. На последней станции нас выгрузили и ещё 3 километра мы шли по шпалам, конвоиры с собаками нас всё время подгоняли».

Воспоминания даются Елене Алексеевне нелегко, она несколько раз останавливается, вздыхает, вытирает платочком глаза. Но, передохнув, продолжает:

«Я сразу попала в Освенцим, в женский лагерь. В километре от него находился мужской концлагерь. Привели в барак, посадили в угол, так мы провели ночь. Утром вывели на площадку, постригли, набили на руках индивидуальные номера (показывает). После этого нас опять отвели в барак и как будто забыли о нас на 3 недели. Едва кормили гнилыми овощами: брюквой, картошкой. Потом стали гонять на разные работы: копать рвы, канавы, посылали полоть огороды персоналу концлагеря. Наша бригада состояла из 50-ти человек. Нам повезло – у нас был добрый надзиратель, поляк по национальности.

Наш барак находился в нескольких метрах от крематория. Каждый день мы видели, как к нему пригоняли евреев, отправляли их в газовые камеры (в баню), а потом в печи. Молодых сначала оставляли, но они были некрепкие, быстро заболевали, обезвоживались от дизентерии, их забирали и увозили, больше мы их не видели. Когда сжигали очередную партию, пламя из трубы крематория поднималось на несколько метров, смрад стоял невыносимый! Зимой, когда умирало очень много заключённых, печи не справлялись с нагрузкой, и замерзшие трупы складывали штабелями у крематория, мне тоже приходилось это делать.

В Освенциме я пробыла с 1943 по 1945 гг.

С приближением Красной Армии нас из лагеря перевезли вглубь Германии, отбирали самых молодых и более-менее здоровых. Охраняли нас молодые немки. Перед приходом наших они разбежались, мы разбрелись кто куда, а потом попали к своим. Из Германии нас вывезли домой в октябре 1945 г. Привезли в Белоруссию, в г. Льгов. Жили две недели в военных землянках, прошли серьезную медкомиссию. Оттуда домой добирались каждый своим ходом.

Вернулась в Унечу с мужем-фронтовиком. Жилья не было, скитались по чужим углам. Через несколько лет купили маленький домик на Пионерской (в нем Елена Алексеевна проживает и сейчас).

Родились две дочери, одной уже нет в живых, другая в далеком Калининграде.

После войны работала сначала на стройке, потом путевой рабочей на железной дороге. На пенсию уходила с хлебозавода, там проработала 15 лет. Давно одна, муж очень рано умер».

Елена Алексеевна замолкает и начинает угощать нас чаем. Продолжаем говорить о жизни. Нет, она ни на что не жалуется. Топит печку, пользуется водой из колодца. Пенсию заработала тяжелым физическим трудом (почти 17 тыс. рублей). Как узница не имеет ничего, даже статуса, только номер на руке. Как вдова фронтовика тоже от государства ничего не получила. Спрашиваем, почему не добивалась: «Первый раз отказали, сказали что взрослая была, надо было бежать, я обиделась и больше не пошла, не захотела унижаться. А таких взрослых как я, миллионы в лагерях погибли», - отвечает Елена Алексеевна. Она очень благодарна семье внука, которая живет рядом. Родные не бросают ее, навещают, помогают. Мы начинаем прощаться, наша собеседница подустала, это видно, но все равно выходит в коридор нас проводить.

Милая старушка с хорошей грамотной речью, какой-то внутренней интеллигентностью и удивлением, что так долго живет на этом свете. Дай бог ей здоровья!

Просмотров: 156 | Добавил: | Теги: Освенцим, Узница, Унечский музей | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Имя *:
Email *:
Код *: