» » »

Чубур А.А. Палеолит и мезолит Брянского течения Ипути.

Унечский район лежит в центральной части бассейна реки Ипуть – одной из крупных водных артерий лесного Поднепровья. Древнейшая история этого региона изучена еще недостаточно хорошо, но уже сейчас ясно, что она имеет свои особые черты. Именно древнейшему прошлому Поипутья, включая окрестности Унечи, посвящена данная статья. Начнем же с характеристики Ипути и ее притоков начиная с плейстоцена – ледникового периода.

Итак, Ипуть – левый приток Сожа, её протяженность – 437 км (из них более 2/3 – территория Брянской области). Наиболее крупные притоки – Унеча, Воронус, Надва. Река «скатывается» с западного склона Воронежской блок-антеклизы (Деснинская неотектоническая моноклиналь) в Днепровско-Донецкую тектоническую впадину. С геологической точки зрения долина Ипути – весьма древнее образование. Ипутьский прогиб накладывается на Унечскую впадину кристаллического фундамента платформы. В нижнем течении современная Ипуть прорезает вкрест простирания свою же древнюю, общую с Беседью доледниковую пра-долину, соединявшуюся через долину Снови с Десной [2]. Во время максимального наступления днепровского ледника большая часть бассейна Ипути оказалась под покровным оледенением. В районе Новозыбкова и Старых Бобовичей зафиксирована полоса маргинальных краевых ледниковых образований, образовавшихся при отступлении ледника [2]. На ряде участков на месте крупных глыб мертвого льда возникли обширные озера, в том числе реликтовое озеро Кожаны. Его протяженность в древности достигала 40 км. Во время валдайского оледенения сформировались аллювиальные толщи и уступы I и II надпойменных террас Ипути, датирующиеся теми же хронологическими рубежами, что и аналогичные элементы долин Сожа, Десны и Судости.

Разведки 1923-24 гг. проводились в низовьях Ипути, близ Гомеля и на территории Клинцовского округа (в который тогда входил и современный Унечский район) совместно К.М. Поликарповичем, тогда работавшим в Гомельском губернском бюро краеведения, и А.В. Кротовым – студентом Новозыбковского политехникума. В 1928-1931 гг. К.М. Поликарпович обследовал участки долины от Вихолки до границы с БССР (1928), от Ущерепья до Вихолки (1929) и от Дегтяревки до Ущерепья (1931), постепенно поднимаясь выше по течению [7, 9]. В 1935 г. он безрезультатно обследовал западный берег «мёртвой долины» в междуречье Ипути и Снови, а в 1951 и 1953 гг. – местонахождение Новые Бобовичи, открытое в 1927 г. Г.Э. Гиттерманом (Новозыбковский политехникум). В работах участвовали Р.В. Шматова, Е.Г. Галанова (Институт Истории АН БССР), от Брянского областного краеведческого музея (далее – БОМ) – его директор А.А. Тресиков, завотделом природы геолог А.В. Арсентьев, сотрудник отдела истории М.М. Говоров; сотрудник Почепского музея Ф.М. Заверняев; геодезист Брянского лесотехнического института Н.В. Архипович и директор Новозыбковского музея И.Е. Кесслер [14], регулярно обследовавший свой район.

Разведки 1959 года под руководством старшего научного сотрудника БОМ Ф.М. Заверняева, производились экспедицией в составе сотрудника БОМ А.А. Чернякова, члена Союза художников РСФСР В.В. Воробьева (моториста) и учителя литературы Бежицкой средней школы №15, писателя А.П. Шкроба (фольклориста). Это было благодатное время, когда администрация БОМ имела возможности и желание изыскивать средства на исследовательскую деятельность в области археологии (с конца 1980-х гг. такие исследования Брянским музеем не проводятся). Экспедицию оснастили моторной лодкой и оборудованием, оплатили командировочные расходы, выделили для найма рабочей силы 1000 руб. Лодка, снаряжение и участники были доставлены грузовиком в верховья Ипути 5 июня, а завершили работу 30 июня на границе с БССР, обследовав 95 памятников: 9 городищ, 17 селищ, 25 курганных могильников и 44 стоянки и местонахождения [3]. Часть коллекции сохранилась в фондах БОМ, часть утрачена при хранении.

Разведки и небольшие раскопки в зонах в бассейне Ипути производились в 1970-80-х гг. В.И. Кулаковым (ИА АН УССР) и А.С. Смирновым, А.Н. Сорокиным и А.В. Кашкиным (ИА АН СССР), открывшими и исследовавшими в числе десятков памятников 3 мезолитических стоянки [17-19, 21].

Систематизация имеющихся данных по бассейну Ипути важна еще и постольку, поскольку проведение стационарных археологических исследований в значительной части ее бассейна всё ещё проблематично в связи с заражением региона радионуклидами после катастрофы на Чернобыльской АЭС.

С древнейших времен Ипуть служила путем миграций животных и, вероятно, людей. Об обильной плейстоценовой фауне свидетельствуют почти три десятка местонахождений, зафиксированных в разное время П.И. Смоличевым, З.И. Протченко, Ф.М. Заверняевым, А.А. Чубуром. Основная часть находок приходится на окрестности Мглина и Унечи, где Суражский грабен осложнен неотектоническим поднятием, что создает условия накопления фауны  [22] (Рис.1).

Брянская область, Мглинский район

1. Вальжичи – работником крахмального завода Бохиным в песках найден бивень мамонта (Научный архив БОМ), Фонд Ф.М. Заверняева, б/н).

2. Великая Дуброва – скелет мамонта, найден в 1976 г. к юго-востоку от села в урочище Долгий ров на р. Тезна. Кости отчасти растащены местными жителями, отчасти переданы в музеи [16], БОМ 8103: тазовая кость, обломки бедренной и плечевой кости с несиностезированным дистальным эпифизом. В Мглинском музее хранятся оттуда же нижняя челюсть со сменой толстоэмалевых зубов М/2 (по 17 пластин в зубе) и недавно выпавшими М/1, верхний с М2/ (15 пластин), большая берцовая кость

3. Великая Дуброва – бивень мамонта, доставлен в БОМ в 1996 г.

5. Войтовка – зуб молодого мамонта со дна ручья, 1960-е гг. [16].

6. Поповка – кости мамонта [16].

7. Санники – кости мамонта из оврага близ деревни [16].

8. Соколовка – находка зуба мамонта на берегу реки Судынка (левый приток р. Воронуса) в 1968 г. Школьный музей.

9. Цинка – кости мамонта в 3 верстах от р. Воронуса [20].

Брянская область, Суражский район

10. Красная Слободка – кости мамонта в 1 км к западу от Суража [10].

11. Ландиков Хутор (Александровский) – зуб мамонта, р. Унеча [10].

12. Ляличи – кости мамонта [20].

13. Новый Дроков – бивень мамонта в 2,5 км от Ипути, в верховьях оврага [10, 20].

14. Овчинец – зуб мамонта, у озера Сотное [10].

15. Сураж (окрестности города) – зуб мамонта [10].

Брянская область, Унечский район

16. Унеча, городское озеро – зуб мамонта М3/ правый БОМ384 – длина коронки св.170 мм; ширина 90 мм; средняя толщина эмали 2,2 мм; число пластин 16, средняя длина пластины 14,3 мм.

17. Унеча, городское озеро – зуб мамонта. БОМ8239 – М/3 левый, длина коронки 187 мм; ширина 89,5 мм; средняя толщина эмали 2,2 мм; средняя длина пластины 14,8 мм. Из аллювиальных отложений

18. Унеча, городское озеро – зуб мамонта БОМ8239-1 – М/3 левый, длина коронки св.196 мм; ширина 96 мм; число пластин св.14; средняя толщина эмали 2,05 мм; средняя длина пластины 14 мм. Из аллювия.

19. Унеча, городское озеро – бивень, кость стопы и атлант и зуб мамонта. Зуб М2/ левый, длина коронки 190 мм; ширина 74 мм; число пластин 20; средняя толщина эмали 1,6 мм; средняя длина пластины 10 мм. Унечский краеведческий музей.

Брянская область, Гордеевский район

20. Жовнец – на острове между Ипутью и Веткой зуб мамонта [10].

21.Черный Ручей – сообщение секретаря сельсовета, кость мамонта найдена в колодце. Тимофей Чуйко из  Гордеевки пояснил, что на глубине 3 сажени (6,3 м) под глиной в слое песка [11].

Брянская область, Новозыбковский район

22. Белый Колодец – зубы шерстистого носорога. Сообщение Г.В. Мартыновской, Новозыбковский краеведческий музей (НКМ), 14.11.1992.

23. Новозыбков – находка А.К. Гороховой в флювиогляциальных отложениях днепровского возраста близ города сильно фоссилизированных фрагмента локтевой кости и правой альвеоляры нижней челюсти хазарского слона с зубом М2 (ширина коронки 89 мм, истертость 4, средняя длина пластины 17 мм, средняя толщина эмали 2,26 мм).

24. Новозыбков – близ города найден зуб мастодонта –раннечетвертичного хоботного, представителя гиппарионовой фауны. По сведениям Г.Э. Гиттермана в дальнейшем был утрачен [1].

25. Новые Бобовичи – мамонтовое «кладбище» (156 костей, от 13 мамонтов), исследовавшееся в 1925 г. Г.Э. Гиттерманом, Д.П. Дятловым и А.В. Кротовым [1]. Среди костей найден комбинированный резец на пластине (на основании – боковой косоретушный, на конце – срединный двугранный). В 1928 г. находки осмотрел К.М. Поликарпович, сделавший вывод о наличии в Новых Бобовичах стоянки эпохи верхнего палеолита. Местонахождение вошло в литературу как памятник [6, 13, 15, 23, 24], но стоянка последующими работами выявлена не была. К особой категории – природным мамонтовым «кладбищам» со следами посещения человеком отнесли местонахождение О. Соффер [25] и А.А. Чубур [22], ближайшая его аналогия – знаменитое Севское местонахождение, исследованное Е.Н. Мащенко в 1988-1993 гг.

26. Перевоз – кость мамонта. Сообщение Г.В. Мартыновской,  НКМ, 14.11.1992.

27. Старые Бобовичи – кости и зубы мамонта. Cообщение Г.В. Мартыновской, НКМ, 14.11.1992.

Беларусь, Гомельская область

28. Закружье (Ветковский р-н, Гомельская обл.) – правый берег р. Аноса-Рудня (правый приток Ипути) – зуб мамонта из бывшего имения Долгово-Сабурова, до Великой Отечественной войны хранился в Гомельском музее [8].

Мамонт и другие животные были объектами охоты в палеолите. Кроме того, мамонт, как объект собирательства обеспечивал людей приледниковой зоны строительным материалом, топливом, поделочным сырьем, будучи, таким образом, основой местной палеолитической экономики [22]. Однако помимо Новобобовичского мамонтового «кладбища» с единственным кремневым изделием, памятников эпохи верхнего палеолита на Ипути пока не выявлено. Отмеченная Ф.М. Заверняевым находка так называемого «ручного рубила» у Ново-Бобовичей во время осмотра бечевника и правобережной террасы ниже старой мельницы [3] осмотрена нами в фондах БОМ. Это уплощенный двусторонне оббитый (с сохранившимися на каждой стороне участками известковой корки) пренуклеус из серого плитчатого «сожского» кремня невысокого качества, размером 14 х 8 х 3 см. Один край на протяжении 3,5 см ретуширован. Датировку изделия установить сложно – от финального палеолита до эпохи бронзы включительно подобные изделия имели место.

При этом, наличие концентрации находок плейстоценовой фауны в окрестностях Унечи и Суража позволяет предполагать тут наличие еще не открытых палеолитических памятников, может быть даже не только позднепалеолитических, но и среднепалеолитических, неандертальских (по крайней мере наличие хазарского слона на такую возможность указывает).

Около 12000 л.н. наступает финальный палеолит-мезолит. В Брянском течении Ипути к этому периоду относится уже целый ряд памятников (сверху - вниз по течению) (Рис.2).:

1. Старая Крестовая (Ершичский р-н Смоленской обл.) – на высокой песчаной I надпойменной террасе Ипути у старицы рассеян на большой площади залегавший в реликтовой голоценовой погребенной почве под дерном расщепленный кремень мезолитического облика [3]. В фондах БОМ не найден.

2. Каталина (Мглинский р-н) – на правобережной песчаной первой надпойменной террасе Ипути у дровяного склада встречен мезолитический кремень [3]. В фондах БОМ материала не оказалось.

3. Красное (Мглинский р-н) на уступе правобережной террасы Ипути выше д. Красное на пахоте встречен расщепленный кремень [3].

4. Косичи (Суражский р-н) – пункт на южной окраине села на песках: 30 обломков, отщепов и чешуйек, из них 2 с ретушью; 4 обломка пластинок; обломок пластинки с притупленным краем; 2 округлых скребка. Кремень темно-серый крапчатый, один скребок из красного полосатого кремня [12]. Культурную принадлежность определить затруднительно, коллекция утрачена.

5-7. Млыны (Клинцовский р-н) – три мезолитических пункта на развеваемых ветром песчаных дюнах левого берега Ипути ниже с. Млыны, в виду д.Творишино. В фондах БОМ сохранились 99 предметов: осколков – 11, отщепов – 55, краевых сколов с известковой коркой – 8, пластинок – 7, обломков нуклеусов – 2, микропластинок и их фрагментов – 13, резец на сломе пластины, острие коморницкого типа на реберчатой пластине, пластинка с притупленным краем. Ф.М. Заверняев упоминает многочисленные скребочки, нуклеусы, пластинки, черешковый наконечник стрелы [3], однако в фондах БОМ они утрачены. Материал, вероятно, относился к кудлаевской культуре.

8. Ущерепье (Клинцовский р-н) – юго-западнее села на песках К.М. Поликарпович нашел мезолитический кремневый наконечник стрелы [9].

9. Смяльч (Гордеевский р-н) – на прибрежных дюнах Ипути у деревни на раздувах несколько пунктов находок [3]. В фондах БОМ хранятся: 4 краевых скола, 62 отщепа, 32 осколка, в т.ч. снятия карниза (1 обожжен), 1 призматический и 1 конический одноплощадочные нуклеусы, 6 обломков нуклеусов, 6 отбойников, 52 целых и 32 фрагментированных пластинки (1 обожжена), 3 сечения пластин, 5 пластин с ретушью, 6 концевых скребков (1 обожжен), резец на углу заготовки, обломок двусторонне обработанного орудия (возможно, неолитического наконечника) и обломок обожженного черешкового постсвидерского наконечника «хвалибоговичского типа», у которого черешок выделен крутой ретушью со спинки и плоской с брюшка. Имеются 13 фрагментов кальцинированных костей. Материал отнесен нами к свидерским памятникам типа Смячки XIV.

10. Тимошкин Перевоз (Новозыбковский р-н) – в правобережной пойме Ипути в раздувах двух крайних дюн собрано значительное количество мезолитического кремня [3]. В фондах БОМ хранятся 8 обломков, 6 краевых сколов, 5 отбойников, 3 нуклеуса (2 призматических одноплощадочных и 1 бессистемного снятия), 8 отщепов, 7 пластин, обломок острия и боковой ретушный резец. Памятник, вероятно, относится к группе типа Смячки XIV.

11. Орёл – (Новозыбковский р-н) выше посёлка на правом песчаном берегу у леса собран кремень мезолитического облика [3]. В фондах БОМ хранятся 23 осколка и краевых скола, 26 отщепов, 23 пластинки и их фрагмента, 4 отбойника и 1 обломок с ретушированным краем. По всей видимости, это кратковременная стоянка-мастерская, определение культурной принадлежности затруднено, налицо пластинчатая индустрия, напоминающая памятники типа Смячки XIV.

12. Новое Место (Новозыбковский р-н) – в 2 км к югу-юго-востоку от села в урочище Пеньки Ф.М. Заверняевым в 1959 г. и А.С. Смрновым в 1978 г. [3, 17] на мысу первой надпоймы левого берега Ипути в 2 м над рекой собран расщепленный кремень, отнесенный А.Н. Сорокиным к песочноровской культуре [21], в качестве примеси присутствует постсвидерский наконечник.

13. Добродеевка 1 (Злынковский р-н) – в 0,4 км к северу от северо-восточной окраины села в 1978 г. открыто и в 1981 г. исследовано А.С. Смирновым многослойное поселение на останце I надпойменной террасы Ипути. В материалах имеется близкий к Смячке XIV, но достаточно поздний мезолитический инвентарь – сегментовидные острия, постсвидерские наконечники стрел, микролиты. [18, 19, 21].

14. Добродеевка 3 (Злынковский р-н) в 0,4 км к северу от северной окраины села А.С. Смирновым выявлено многослойное поселение на останце I надпойменной террасы Ипути. В материалах имеется мезолитический инвентарь: псевдомикрорезцы, скошенные острия, поперечнолезвийные и косолезвийные наконечники (трапеции). Вероятно это следы кратковременного охотничьего лагеря финального мезолита. А.Н. Сорокин относит его к поздним памятникам песочноровской культуры типа Студенок [18, 19, 21].

В целом, судя по совокупности имеющихся данных, бассейн Брянского течения Ипути в мезолите является зоной пересечения ареалов двух основных культур. Нам представляется, что в финальном палеолите – раннем мезолите здесь были распространены свидерские-постсвидерские памятники типа Смячка XIV (связь среднего Подесенья и Ипути могла осуществляться по долине Снови и через проходную «мертвую» долину Пра-Сожа), которые затем сменились новой волной миграций, оставившей следы постаренсбургской песочноровской культуры.

Следы третьей группы – имеющей глубинные корни в восточном павловьене и происходящей от традиций ресетинской финальнопалеолитической культуры заднепилевской (ранее – бутовской) культуры, по Ипути не фиксируются. При этом ее памятники выделены А.В. Колосовым на верхнем Соже (Дедня, Коробчино, Горки, Криничная, Пролетарский) и А.А. Чубуром на верхней Десне (нижний слой стоянки Черепеньки, бутовская фация материалов Устья Госомы). Вероятно, южные границы её ареала лежат к северу от бассейна Ипути. Кроме того, наблюдается локальное присутствие материалов типа Кудлаевка, которые отражают поздний этап развития культурной области Дювензее (Германия) и коморницкой культуры (Польша). Происхождение этих памятников может быть связано с миграцией населения из бассейна Вислы в Полесье в позднем мезолите.

Таким образом, для бассейна Ипути, включая окрестности Унечи, мы можем наметить три культурных вектора во время мезолитической эпохи: западный (сначала свидерские памятники типа Смячка XIV, а затем немногочисленные памятники типа Кудлаевка), и восточный (культура типа Песочного рва – Иенево, вероятно формировавшаяся на местной финальнопалеолитической аренсбургской основе восточней, в Подесенье и Поочье). Ранее В.П. Ксензов относил большую часть памятников Поипутья к выделявшейся им днепро-деснинской культуре [5 c.84], выделение которой в свете современных данных, базировалось на памятниках со смешанным постсвидерским и постаренсбургским материалом.

 

Источники:

  1. Гиттерман Г.Э. Новозыбковские мамонты. // Брянский край, вып. 2, Брянск, 1928, с.27-45.
  2. Гурский Б.Н. К истории формирования долины р. Сож в четвертичное время. // Бюллетень Комиссии по изучению четвертичного периода № 35, М., 1968, с.147-158.
  3. Заверняев Ф.М. Отчет об археологических исследованиях Брянского областного краеведческого музея, проведенных в 1959 г. Архив Института Археологии РАН, Р-1, № 1881.
  4. Колосов А.В. Финальный палеолит и мезолит Белорусского Посожья // Русский сборник. Тр. Кафедры ОИДиС БГУ. Вып.4. Брянск, 2007. с.23-31.
  5. Ксензов В.П. Мезолитическая днепро-деснинская культура // Историко-археологический сборник № 5, Минск, 1994, с.61-86.
  6. Палiкарповiч К.М. Нова-Бабовіцкая палеалітычная стаянка // Працы археалагшчной камисіі. Т.2, Минск, 1930, с.382-478. 4 илл.
  7. Палiкарповiч К.М. Досьледы культур каменнага I бронзавага пэрыодаў у БССР, заходняй Смаленшчыне I Клiнцоўшчыне ў 1928-1929 гг. // Працы археалагшчной камисіі. Т.2, Минск, 1930, с.505-509.
  8. Палiкарповiч К.М. Знахадкi рэштак чацьвярцёвай фаўны на тэрыторыi БССР // // Працы секцыi археалогii АН БССР, т.3, Минск, 1932, с.167-185.
  9. Палiкарповiч К.М. Доследы культур каменнага I бронзавага пэрыодаў у Заходняй вобласцi ў 1930-1931 гг. // Працы секцыi археалогii АН БССР, т.3, Минск, 1932, с.242-243.
  10. Поликарпович К.М. Раскопки в Клинцовском и Брянском округах Западной области в 1930 г. Архив Института истории материальной культуры РАН, ф.2, оп.1, д.789, 1931.
  11. Поликарпович К.М. Полевой дневник за 1930 год (разведки по Десне, Судости, Ипути, раскопки стоянок Елисеевичи и Печенеж) // Юдиновский краеведческий музей, научный архив, ф. 1, д. 6, № 1.
  12. Поликарпович К.М. Коллекционные описи материалов разведок в Клинцовском и Брянском округах Западной области в 1930 г. // Юдиновский краеведческий музей, научный архив, ф.1, д. 27, № 6.
  13. Поликарпович К.М. Палеолит и мезолит БССР и некоторых соседних территорий Поднепровья // Труды междунар. конф. Ассоциации по изуч. четвертичного периода Европы. Вып.5. Л., 1934, с.75-87,
  14. Поликарпович К.М. Отчеты и переписка по исследованиям Новобобовичской стоянки // Юдиновский краеведческий музей, научный архив, ф.1, д. 9, № 2-3, д.16 № 2.
  15. Поликарпович К.М. Палеолит Верхнего Поднепровья. Минск, 1968.
  16. Протченко З.Е. Земля Мглинская – родной край. Брянск, 1993.
  17. Смирнов А.С. Отчет о раскопках Деснинско-Белгородской экспедицией неолитических стоянок на Жеренских озерах. Архив Института археологии РАН, Р-1, № 7202.
  18. Смирнов А.С. Отчет о разведках Деснинско-Белгородской экспедицией неолитических стоянок на территории Брянской области. Архив Института археологии РАН, Р-1, № 7259
  19. Смирнов А.С. Отчет о раскопках стоянок Добродеевка 1, Добродеевка II, Добродеевка III, Орры III. Архив Института археологии РАН, Р-1, № 8214.
  20. Смоличев П.И. Палеонтологические находки на Черниговщине. Архив Института археологии НАН Украины, ф.6, д.12, 12 марта 1925 г.
  21. Сорокин А.Н. Мезолит бассейнов Десны и Оки // Археологические исследования на новостройках. Краткие сообщения Института археологии АН СССР. Вып.188. М., 1986. с.28-35.
  22. Чубур А.А. Роль мамонта в культурной адаптации верхнепалеолитического населения Русской равнины в осташковское время // Восточный граветт. М., «Наука», 1998, с.309-329.
  23. Polikarpowitsch K. Das palaolithikum und mesolithikum der Weissrussischen SSR und einiger nachbargebiete am oberen Dnjepr. // Abhandlungen der II internationalen konferenz der assoziation fǖr das studium des europäischen quartärs. Moskau – Leningrad, 1935, p.70-83.
  24. Richthofen Bolko von. Altsteinzeitliche Funde in Weissrussland und dem grossrussishen Nachbargebiet // ESA VIII, 1933, p.161-174.
  25. Soffer O. The Upper Paleolithic of the Central Russian plain. Academic press, 1985.

 

Категория: Работы коллег | Добавил: unechamuzey (01.02.2017) | Автор:
Просмотров: 143 | Теги: Мезолит, Мамонт, Чубур А.А., Палеолит | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Имя *:
Email *:
Код *: